Серия Фантастическая авантюра (комплект из 6 книг) Александр Мазин

У нас вы можете скачать книгу Серия Фантастическая авантюра (комплект из 6 книг) Александр Мазин в fb2, txt, PDF, EPUB, doc, rtf, jar, djvu, lrf!

Методы его яростны и жестоки. Пощады нет никому - ни случайным встречным, ни монастырям, ни деревням, ни крупным городам. Повсюду за войском в черных одеяниях лишь кровь на снегу да следы пожарищ. Я старше 18 лет, принимаю условия работы сайта, даю согласие на обработку перс.

Подарки к любому заказу от р. Вступить в Лабиринт У меня уже есть код скидки. Здесь будут храниться ваши отложенные товары. Вы сможете собирать коллекции книг, а мы предупредим, когда отсутствующие товары снова появятся в наличии! Вступить в Лабиринт У меня уже есть аккаунт. Ваша корзина невероятно пуста. Не знаете, что почитать? Здесь наша редакция собирает для вас лучшие книги и важные события. Сумма без скидки 0 р.

Вы экономите 0 р. Фантастические комиксы в подарок. Забирайте заказы без лишнего ожидания. Страх АСТ Суровая зима года. Опричное войско, во главе которого сам царь Иван Васильевич, выступает в поход на новгородскую землю.

Страх Чекунов Вадим Суровая зима года. Она еле шла — видимо, давно висела, и ноги успели затечь в неудобном положении.

И пошел назад, не оглядываясь. В обратную сторону никто не проверял, я спокойно добрался до стены, на глазах у десятка улыбающихся срочников натянул перчатки с обрезанными пальцами, подпрыгнул у забора, подтянулся и перемахнул на другую сторону.

Оставался еще шанс улететь через Касымово — оттуда вывозили ученых с семьями, а заведовал всем генерал Семак. С ним у меня возникали в свое время конфликты, зато среди его подчиненных на полковничьих должностях числились мои бывшие сослуживцы — Стас, Тенгиз, Марк, Сашка. Вокруг было много запаркованных машин — неделю назад их собирали эвакуаторы — все равно хозяева не вернутся, но сейчас и штрафстоянки забились, а оставшимся властям плевать.

За сорок минут поисков я обнаружил около тысячи явно брошенных машин, некоторые из них хозяева оставили прямо на проезде, и потом их просто сдвигали то ли трактором, то ли танком, расчищая подъезд к аэропорту.

Я увидел прислоненный к стене, прикованный тросовым замком к решетке ливневки мопед. Судя по запыленности, ничей, ну или просто им редко пользовались — с учетом того, что через два дня человеческую цивилизацию сотрут с лица земли, это было практически одно и то же. Замок открылся с помощью сложенной полукругом полоски от пластиковой карты, вытащить пару проводов и завести мотор оказалось вопросом пары секунд.

Взломав сидушку, я обнаружил там запасной комплект ключей. И это, если бензин нужен, могу авиационного плеснуть, зверская штука. Никакой дисциплины, но и их понять можно — я видел приказ, в нем четко говорилось: Кто-то еще верит, остальные на грани дезертирства и даже бунта. Машины вокруг были пусты, у многих выломаны стекла и открыты багажники. То тут, то там мелькали мародеры — кулаки у меня сжимались, и тут же отпускало: Выбравшись на Витебский, я решил ехать через город.

На кольцевой можно попасть в такой капкан, из которого дорога будет только назад, а по городу, хоть из него и вывели вчера войска, оставив на разграбление толпе, пробраться можно.

Едва отъехав, я обогнал стайку велосипедистов с пустыми рюкзаками — из области прут, за халявой. Ну-ну, ребятки, счастья вам, если думаете, что питерцы ждут самых умных провинциалов с распростертыми объятиями.

Я еще помнил свое пацанство и лихие девяностые. То здесь, то там из окон многоэтажек вываливались клубы пламени. Народ пьет, гуляет, дебоширит, выясняет отношения — власти нет, пожарные по домам сидят. Сразу за Типанова на девятиэтажке виднелось свежее граффити: Кинув туда взгляд, я увидел флотилию из полутора десятка лодок и катер. Владелец катера, голубоглазый блондин с брезгливым лицом, запросил ящик крепкого спиртного или что-нибудь аналогичное по ценности. Потеряв ко мне интерес, владельцы плавсредств атаковали следующего прохожего, а я решил ехать к тоннелю на Васильевский остров.

Переправимся в лучшем виде! Ну, по-честному ведь, ты — меня, я — тебя. Он был привязан на спуске проспекта Чернышевского — смешной плотик из шести межкомнатных дверей, в два слоя, по три штуки в ряд.

Грести пришлось мне — Ванек стоял в центре плота и держал мокик вертикально, пока волны окатывали колеса и ноги. Снесло нас за Кресты, вылезли на набережную — и обнаружили, что здесь по-настоящему тихо. Никто не дебоширил, половина стоящих машин оказалась даже не вскрыта. Я кивнул, слез со скутера, показав пассажиру не рыпаться. Затем, передавая мопед сержанту, резко толкнул руль, заваливая технику на обнаглевшего милиционера. На этот раз за руль сел пацан, я устроился сзади и смотрел за тем, чтобы безоружные, но не связанные дружинники в плохо сидящих мундирах не попробовали нам что-то сделать.

Он вел скутер лучше, чем я. Есть такие люди — пусти их за руль чего угодно, от моторки до самолета, и они выкладываются полностью, до основания, словно вести именно эту машину именно сейчас и есть смысл их жизни. До ссоры с нынешним господином президентом у меня был такой шофер, и когда меня перевели обратно в Питер, его по моей просьбе забрал к себе Антошин.

На углу Энгельса и Северного собралась внушительная толпа — объехать их не получалось, я шел впереди, а в кильватере Ванька вел скутер. В натуре говорю, сам удивился — вскрыли типографию…. Я рванул сквозь толпу и увидел, как второй уголовник — и вправду похожий на первого — из верхнего люка джипа достает зеленую карту и передает ее очередному покупателю. Естественно, никакие типографии с пьяными сторожами зеленые карты не печатали, пластины делали на монетном дворе, сильно заранее и под строжайший учет.

Я полез сквозь толпу, двигаясь заведомо быстрее окружающих. Как и советовали в свое время учителя, я разогнался внутри, а потом только направлял себя, следя за тем, куда ставлю ноги, и высматривая просветы впереди. Его брат сверху ни на секунду не прекратил своей накачки.

Короткий удар под дых заставил его съежиться, я вырвал из рук с перстнями-наколками зеленую карту. Оттолкнулся от земли, вскочил левым коленом на одно плечо уголовника, правой ступней на голову и через мгновение оказался вверху, около декламатора. Он не успел договорить — я взял его за кисть, прихватив определенным образом мясо между большим пальцем и указательным, одновременно выкручивая руку — почти незаметно, но очень больно.

Вначале хотели сделать как настоящие и пройти по ним, но не получилось! Ты нас спасешь, супермен президентский? И тут я вдруг понял. Стою один, с уголовником в руках, подо мной машина, в которой его подельники, вокруг толпа, ждущая, что я их как-то спасу, а если нет, то готовая разорвать меня на части. И если полтора года назад на Красной площади рядом со мной стояли ребята из ОМОНа, то сейчас из своих был только Ванька.

И его, между прочим, самого бы еще надо защитить. Я посмотрел вниз — его товарищи уже выбирались подальше, пользуясь тем, что все смотрели на меня. Я думал прорваться в последних рейсах, хотя понимаю, что тухляк, но с тобой точно пройдем, тебе поверят, давай вместе? Пытаться объяснить толпе, почему ты не верблюд, нельзя. Или ты держишь их в кулаке, как этот мошенник до моего прихода, или они свистят тебе и бросают камни — вот, первый пошел, пролетел мимо и упал с другой стороны.

По плечу ударила полупустая пластиковая бутылка, но я не обращал внимания. Мы в несколько секунд раскачали тяжеленную машину и опрокинули ее на крышу — под бортом, как оказалось, был открытый люк. Я прыгнул вниз, мы пробежали буквально метров двадцать по листам фанеры — я ориентировался скорее на слух, отмечая шаги спутника, чем на зрение.

Вылез наверх по вбитым в стену кольям, выволок себя через проломленную бетонную плиту и попал в вентиляционный блок, который раньше, видимо, качал воздух в метро.

Приоткрыв дверцу, мы вышли в толпу, но явно не в ее центр. Мне тридцать четыре, просто фигура пацанская и голос звонкий, в темноте за пятнадцатилетку легко сойду, ваших только так накалывал. Мы отошли метров сто вперед по Выборгскому, я остановился, решив дожидаться Ваньку. И был прав — через десять минут из месива орущей толпы вышел пацан, ведя рядом с собой скутер. Скутер троих нес с трудом. Сзади матерился сползающий Козырь, впереди стенал сидящий на краешке сидушки Ванька, а я вел мокик вперед и надеялся, что он не сломается.

На посту перед Приозерским шоссе нас остановил усиленный наряд. Бойцы были нервные, злые, на мои корочки отреагировали странно. Я понял — чем ближе последние челноки, уходящие без них, тем меньше цены любому имени и любой бумаге. Завтра утром, скорее всего, любого имеющего подписанную зеленую карту будут рвать на месте. Логика в его словах присутствовала, и лейтенант поверил — в отличие от меня. Слава богу, милиционеры не догадались проверить имена на зеленых картах. Даже самый доверчивый постовой догадался бы, что здесь что-то не так.

До Касимово не доехали пары километров — внутренние войска оцепили зону по широкому радиусу и ссаживали всех, рекомендуя дальше идти пешком. Как и на посту, именами в картах они не интересовались — резанули индикаторами наискосок и удовлетворились разрешающим писком, подтверждающим истинность документов. Второе кольцо тоже легко пропустило нас, хотя на босого оборвыша Ваньку смотрели с подозрением, а через него и на нас. Стас заметил меня издалека — глаза у него всегда с нужной стороны, старая школа, сейчас молодняк так не учат.

То-то Медаков порадуется, когда узнает! Разжалование Стаса из подполковников в майоры было притчей во языцех, так же как мой конфликт с президентом по поводу сентябрьского указа. Он провел нас за самое хитрое оцепление, в котором точно распотрошили бы рюкзаки, изъяв у меня пистолет и два резиноствола, а также все незаконное, что было у Козыря.

По моей карте полетела младшая дочка, еще бы Ирку пристроить, и я буду счастлив. А мы с тобой на следующем полетим, это я тебе гарантирую. Но я правда, как челнок увидел, сердце свело — лучше здесь сдохнуть, чем там висеть. Сорок лет полета на инопланетной барже — это не по мне. Всем базарили, что еще сутки улетать будут, чтобы без кипеша. Все, теперь все нужные улетели. Вывезти всех детей, всех женщин, забить их туда битком, но вывезти всех!

А они оставили их здесь и улетели сами, шакалы, дети шакалов и внуки шакалов! Тенгиз родился в Ленинграде, так же как и его отец и дед. Прадед родился в Петрограде, прапрадед — в Санкт-Петербурге. И все же иногда, находясь в абсолютно невменяемом состоянии, он начинал говорить с акцентом языка, который слышал только изредка на рынках.

Жить нам осталось меньше двух суток, когда люди узнают, что власти больше нет, начнется большой бардак, будет много работы.

Тебя вообще грех не взять, Аллах не простит мне халатности, и уголовник будет полезен. Следующие два дня прошли в кровавом мареве — Петербург словно вспомнил смешной миф про бандитскую столицу и выплеснул на улицы всякую шваль. Хуже всего были дружинники, набранные в последние недели, и солдаты-срочники, чужие для этого города, они пытались взять от последних часов все, что можно, не считаясь с чужими жизнями.

Козырю было дико работать с другой стороны, но он справлялся, часто подсказывая, как лучше перехватить убегающих или где поискать спрятавшихся.

Он без сомнения строчил из резинострела по тем, с кем мог быть, сам, если бы расклад вышел чуть-чуть другим. Тенгиз и его ребята работали четко и спокойно, для них словно ничего не изменилось — мне было понятно, почему начальство его задвигало — слишком честный, слишком прямой и несгибаемый, слишком нужный на низовой должности.

Утром последнего дня мы сидели в колоннаде Казанского собора и вместе с отцом Сергием ели сосиски с истекшим сроком хранения и пили кагор — полтора десятка грязных, потных, уставших мужиков. К священнику время от времени подходили прохожие и просили благословить их.

Он широко крестил и бормотал что-то, чего я не слышал. Не знаю, как другие, а я молился. Просил не за себя — за детей, за женщин, за всех кинутых на нашей многострадальной планете. Оставленных в Китае, Австралии, Швейцарии, Сенегале, во всех странах мира.

А потом зазвучал голос, даже, пожалуй, Глас. Я был пьян и поэтому улавливал только суть — инопланетники рассказывали о том, что конца света не будет.

Что они пытались договориться с нашими руководителями по всему миру еще с две тысячи восьмого, но наталкивались на дикую бюрократию и желание ведущих политиков разных стран перетянуть одеяло на себя, стать друзьями лучше, чем остальные. Что наша Солнечная система и сама Земля в ближайшие несколько лет с помощью инопланетян будет переоборудована в общий защитный комплекс против врага, с которым бессмысленно договариваться, и что после этого враг точно не нападет, потому что не дурак.

И история о геноциде землян была уткой, подкинутой для того, чтобы улетели все те, кто мешал переговорам, кто был готов ради небольшой выгоды перед соседом встать с оружием против прилетевших издалека помощников.

Рядом истерически смеялись девчонки, которым уже вряд ли светило стать учительницами. А эти пусть летят на х..! Особенно Тенгизу, который так и не завел семью и весь такой правильный до тошноты. Защитник, мать мою так, отправил жену и четырех дочек в долгий и мучительный полет!

Пробил головой все преграды, заранее выбил места для отца и любимой тещи, для двоюродной сестры, для Пашки Голицына с семьей…. Ирка выгнала меня на клумбу.

Лёнчик, сказала, миленький, никому ведь дела нет, засрали все под окнами, сходи, прибери там. Солнце уперлось в грудь жаркой ладошкой. Ирка сбросила с балкона пакет полиэтиленовый. А ведь действительно, подумал, засрано. Я потянул из кармана перчатку. Резиновую, бледную, как смерть. Пока втиснул в нее свою лапищу, озверел. В таком озверелом состоянии и попер вприсядку — специализированным комбайном. И мать их, и в душу, и на, и в….

Пакет взвесил — килограмма два, не меньше. Плотненький, утрамбованный ботинками дерн. Дотелепал потом до контейнера. Перчаточку осторожно снял — и туда же. Сел на скамейку, ту, что к детской площадке ближе, глаза прикрыл. Под веками теплые такие, медовые пятна бродят. Сморило меня — и не заметил как. Сквозь дрему звуки какие-то еще ловлю, фиксирую, как проезжающие автомобили шинами шуршат, а самому уже поле из одуванчиков в полный рост видится. Они незрелые еще, желтые как солнышки, одуванчики-то.

Я разлепил один глаз. Фигура удалялась ко второму подъезду. Спешила, отдувалась, отмахивалась страдальчески портфелем. А сбоку к ней, игнорируя отмашку, лип длинный, тощий… Кудахтал. Я закрыл глаз, по стуку подъездной двери считая, что ситуация благополучно разрешилась. А секунд через десять обнаружил, что солнце уже вроде как и не печет. Тучка, подумал, что ли? Вообще-то я работаю охранником в торговом центре, рядышком тут, через улицу. Взгляд за три года набил профессиональный.

Больше, конечно, по специфике — потенциальных воришек вычисляя. Это само как-то приходит. Вроде бы и мельком зацепишь, а детальки уже в голове складываются, одна к одной, ну, брюки глаженые там или нет, запах, манера стоять, двигаться, в лице, в глазах что-то — и думаешь сразу, это работяга, а это так, мажор, а этот животом мучается.

В последний раз, угадав на спор, бутылку хорошего вина выиграл. Я это понял сразу. Не бомж, не алкоголик-доходяга, не проповедник бродячий из иеговистов каких-нибудь. Через лоб у него, расширяясь к левому виску, шла застарелая короста, фиолетово-черная — то ли его кто треснул, то ли он сам треснулся.

По краям она уже отставала, обламывалась, открывая новорожденную розовую кожицу. Волосы на затылке стояли невесомым седым венчиком. Морщинки-лучики бежали от уголков глаз. Сами глаза казались очень светлыми и влажно блестели. Щеки были худые, запавшие, заросшие короткой черной щетиной. Из огромных ноздрей торчали седые волоски. Он смотрел на меня, не мигая.

А, может, и сквозь меня. Рот у него кривился, нижняя губа по мере моего молчания отвисала все больше, открывая плохие зубы и грозя пустить слюну. У пиджака пуговицы через одну спороты, но сам чистенький, хоть и мятый.

Штаны обтреханные, да вдобавок еще и не в размер, из них голые ноги торчат, худые, в шлепанцы всунуты. И ноготь большого пальца на левой — прищемленный, черный. Я примерился, как бы его от себя отодвинуть. Не бить же, в конце концов. Просто слюна того и гляди….

И так безнадежно он это произнес, таким потухшим, совершенно мертвым голосом, что, не поверите, жалко мне старика стало. До боли под сердцем жалко. Может, полегчает ему, подумал, если отвечу.

Мгновение, другое ничего не происходило. Девочка с куклой пробежала, тряся косичками. А затем старик вдруг дернулся, цапельную свою позу слегка подправил и со свистом втянул в себя нитку слюны. Взгляд его сделался осмысленным, плеснулась в нем надежда какая-то, а какая — поди разбери. А я у меня от затылка к лопаткам холодная ящерица — юрк! Словно к шее лед из холодильника приложили. Людей он, понимаете, спрашивает, сколько умрет. И стоит, в глазах чуть ли не слезы, только сообщи ему, придурку….

Он отступил на шаг. Кривая улыбка выползла на его лицо. Пальцы потянулись ко рту. Кусая ногти, он разглядывал меня. Старик в испуге присел, тряхнул седым венчиком и неожиданно рванул с низкого старта к автостоянке, к аркам, выводящим с внутреннего двора на улицу. Он бежал, высоко задирая ноги, хохоча и оглядываясь, словно опасаясь, что я брошусь в погоню. Вправо-влево, действительно, как на палке, болтался пиджак. Смена у меня была утренняя. Я сожрал бутерброд, высосал кофе, влез в униформу.

Потом не удержался и заглянул в детскую. Ирка ужас как не любит, когда в ботинках ходят по дому, но я осторожно прокрался — ламинат не скрипнул. Вовка спал в своей маленькой кровати, смешно накрывшись кулачком.

Я, конечно, с улыбкой на роже потрепал его по волосенкам. Не понравилось ему, засопел, на бок повернулся. Я одеяльцем его накрыл, блямс! Ремешки пластиковые благополучно обгрызены, кнопки с циферблатом уляпаны по самое не могу. Дверь я прикрыл, ворованное на полочку к помадам-расческам всяким положил. Маечка на голое тело. Лицо слегка припухшее ото сна. Локон один на глаз свесился. Сразу подумалось, не опоздать бы с такими вот, напоказ, видами. Внимательная Ирка мое обалдение засекла, потянулась, свету из кухонного окна подставилась.

Маечка за руками вверх поползла, открывая…. И шлеп-шлеп-шлеп на кухню. Чем-то звякнула там, чайником, что ли. Вернулась с недоеденным мной кружком колбасы. В зеленом глазу — чертики. Из подъезда выбрался, мусор, попутно прихваченный, в бачок кинул, на клумбу, ровненькую, девственную, необгаженную, полюбовался.

Сумасшедший старик поймал меня в арке. Сгибаясь, побежал за мной следом, все норовя ухватить за рукав, заставить остановиться, ответить. Лицо у него странно подергивалось, словно перебирало варианты — плакать, смеяться, нет, плакать. Придавил я его на выходе, к стеночке, дурного, припер так, что он даже рыпнуться не смог, предплечье перед грудью как шлагбаум поставил. Я думаю, он даже не понимал, что я его держу. Думаю, он вообще не обратил на это внимания.

Просто принял возникшее ограничение как данность. Это было какое-то по-детски исковерканное, жалкое, отчаянное слово. Когда уже не на что надеяться — позялуйстя. Повернув голову, я увидел, как сумасшедший мучительно теребит коросту на лбу.

Шелуха омертвевшей кожи сыпалась вниз. И тихо себе ответил: Меня против воли моей качнуло ему навстречу. Глухо, словно прощаясь, стукнуло сердце. Зачем же, подумал я. Свирепо зыркнул на меня светофор.

Я застыл на тротуаре, пропуская невидимые машины. Билась и билась во мне жуткая мысль, как легко я пожертвовал человеком. Молодец, сказал себе, начал с малого, с одного. Здесь сегодня были мои подконтрольные тысячи квадратных метров. Если точнее, две тысячи пятьсот. Широкий проход с колоннами под сводчатой крышей и по обеим его сторонам — магазинчики. Десять с одной стороны, девять — с другой. Обувь, парфюмерия и одежда. Плюс чайная лавочка и кофейня.

Через мутноватый прозрачный пластик стены совой смотрел на нас сонный молодой продавец. Или мне казалось, что сонный. Мать у Жорика была подвинута на конце света. То, что он вот-вот грядет, в их квартире не подвергалось ни малейшему сомнению.

Как и скорое отделение агнцев от козлищ. Насколько я знал с его слов, Жорика чуть ли не каждый день просили покаяться. Мне подумалось, попади сумасшедший старик к его матери, на свой вопрос: Я сунулся в торговый зал, кивнул девушке за кассой, мгновение изучал одинокого покупателя, зависшего перед витриной с ноутбуками.

Хорошо еще, сегодня его не видно. Жорик галантно пропустил в зал тяжелых форм даму. Мысленно раздел, мысленно облапал. Оставив Жорика на посту, я прогулялся по проходу до эскалаторов. Заглядывал в магазинчики, здоровался, спрашивал, все ли в порядке. Зашел кстати в туалет для персонала центра — бесплатно. Подозрительный парнишка, примеривающийся к джинсам в соседнем магазинчике, в моей компании как-то стремительно погрустнел, от шумного пития кофе нервно задергал плечами, а от вполне вежливого кивка: Жорик у сканеров медитировал, приоткрыв рот.

Взгляд сошелся в точку, резко очертились скулы. Справа по проходу бубнил телевизор. Из кофейни летели обрывки чего-то танцевально-электронного. Под псевдонимом Джордж Лукас писал новеллизации "Звездных войн". Его перу принадлежит также юмористический фэнтезийный сериал "Чародей с гитарой", несколько лет назад опубликованный на русском языке. Звёздные войны - Преддверие бури; - Новая Надежда; - Ледовый Союз - 1. Ледовое снаряжение; - 2. Миссия в молокин; - 3. Приключения Флинкса - 1. Тар-Айимский Кранг; - 2.

Ради любви к не-матери; - 3. Звезда сироты; - 4. Конец материи; - 5. Призыв к оружию; - 2. Фальшивое зеркало; - 3. Странствия законоучителя - 1. Пожиратели света и тьмы; - 2. По Мыслящим Королевствам; - 3. Чародей с гитарой - 1. Чародей с гитарой; - 2. Час ворот; - 3. День Диссонанса; - 4. Момент волшебства; - 5. В плену пертурбаций; - 6. Время перехода; - 7. Сын чародея с гитарой; - 8.

Челанксийская федерация - 1. Приговоренный к призме; - 3. Путешествие в город мертвых. Поначалу на книгах не ставилось название серии, так как задумывались лишь несколько сборников зарубежной фантастики, продолжающих друг друга. Они представляли собой двухтомник англо-американской фантастики. Не случайно предисловие к первому сборнику охватывало произведения обоих книг.

Но затем было решено продолжить серию, которая растянулась на более чем тридцать лет. You need to be a member in order to leave a comment.

Sign up for a new account in our community. Already have an account? Всего комиссия произвела 88 опросов и допросила 59 лиц. Павел Елисеевич Щёголев Год: Рейна, графа Фредерикса, И. Share this post Link to post Share on other sites. Собрание Книг Великий русский советский писатель, ученый-палеонтолог и оригинальный мыслитель, намного обогнавший свое время; основоположник и классик советской Научной Фантастики НФ. Список книг в сборнике: Собрание Книг Год выпуска: Ян Василий Собрание сочинений Автор: Историческая проза и Приключения Формат: Священная война Вождя Михаил Ошлаков Издательство: Яуза, Эксмо Год издания: Кассиль Лев, Поляновский Макс.

Антология детской литературы Макс Поляновский был журналистом всю жизнь: Антология детской литературы Автор: Детская проза и Приключения Формат: От Кромвеля до Путина. Ирина Стародубровская, Владимир Мау Авторы полагают, что в конце XX века Россия прошла через полномасштабную революцию, сравнимую с великими революциями прошлого.

От издателя Куда идёт Россия в последние лет? От Кромвеля до Путина Автор: Ирина Стародубровская, Владимир Мау Издательство: Сборник книг Эразма Роттердамского Сборник книг Эразма Роттердамского Автор: Сталинский "бандит" в Молотовске PDF Как появилась эта книга в России? В определенной мере данная книга может служить самоучителем" Название: Сборник книг Владимира Рудольфовича Соловьёва Заметки на полях новейшей истории Название: Сборник книг Владимира Рудольфовича Соловьёва Автор: Владимир Рудольфович Соловьёв Жанр: Сокровищница боевой фантастики и приключений Серия "Сокровищница боевой фантастики и приключений" выпускалась в годах и включала в себя произведения ведущих зарубежных и иногда наших мастеров в жанре боевой фантастики и приключений.

Боевая фантастика Научная фантастика Издательство: Сокровищница боевой фантастики и приключений Формат: Сборник книг Андрея Колесникова Актеры и роли большой политики; 2. Наша и ваша свобода; 2. Сборник книг Андрея Колесникова Автор: Сборник книг Валерия Хорева Оружие из дамаска и булата djvu ; 2. Сборник книг Валерия Хорева Автор: Война в Заливе "Эта книга посвяшена войне в Персидском заливе — , явившейся одной из наиболее серьезных военных операций после Второй мировой войны.

Война в Заливе Автор: Элитные войска Год издания: Летописи и сражения Издательство: Огнеметные танки Второй мировой войны — Барятинский М. Бронеавтомобили Красной Армии — Барятинский М. Бронетанковая техника Красной Армии — Барятинский М. Плавающий танк ПТ — Барятинский М. Советская бронетанковая техника часть 1 — Барятинский М. Советская бронетанковая техника часть 2 — Барятинский М. Советские танки Второй Мировой войны — Барятинский М. Средний танк Т — Барятинский М.

Тяжелый танк КВ часть 1 — Барятинский М. Тяжелый танк КВ в бою — Барятинский М. Лёгкий танк БТ-7 — Коломиец М. Тяжёлый танк Т — Коломиец М. Средний танк Т — Князев М. Автомобили Красной Армии гг. Легкие танки Т и Т http: Бои на Украине — Исаев А. Битва за Харьков февраль-март года — Исаев А. Июль-август года — Коломиец М. Бронепоезда Красной Армии гг. Танки в Зимней войне — Коломиец М. Бои за Харьков в мае года — Коломиец М.

Оборона Кавказа июль-декабрь — Коломиец М. Бои в излучине Дона. Сталинградская тридцатьчетвёрка — Макаров М. Реактивная артиллерия Красной Армии — Макаров М. Противотанковая артиллерия Красной Армии гг. Легкий танк Т — Шеин Д. Январь-апрель года http: Иллюстрированная история войн XX века http: Полное собрание сочинений 80шт.

Совместную литературную деятельность братья начали в Литературная запись кинофильма; Стенограмма заседания Семинара Бориса Стругацкого ; Страна багровых туч; Трудно быть богом; Улитка на склоне; Хищные вещи века; Хромая судьба; Частные предноложения; Человек из Пасифиды; Чрезвычайное происшествие; Что такое фантастика; Шесть спичек; Экспедиция а преисподнюю; Название: Аркадий и Борис Стругацкие Язык: Карл фон Кунов Издательство: Немецкий танкист на Восточном фронте Когда недоучившийся школьник Михаэль Брюннер вступал добровольцем в Вермахт, он верил, что впереди его ждут лишь победные фанфары, но он оказался в кромешном аду Восточного фронта.

На танке через ад. Немецкий танкист на Восточном фронте Автор: Михаэль Брюннер Год издания: Всемирная история разведывательных служб Книга французских авторов Роже Фалиго и Реми Коффера — монументальный труд по истории разведывательных служб разных стран мира.

Всемирная история разведывательных служб Автор: Сборник произведений , 62 книги Кот без дураков НОМЫ: Сборник книг Терри Пратчетта 62 шт Автор: В годы перестройки был привлечен к анализу систем, выходящих за рамки науки. Совок вспоминает свою жизнь; 2. Сборник книг Сергея Кара-Мурзы Автор: Сергей Георгиевич Кара-Мурза Жанр: Сборник прозы Амели Нотомб Амели Нотомб, признанная раз и навсегда enfant terrible французской литературы, каждой новой книгой бросает вызов.

Stupeur et tremblements; http: Масяня - все серий Все знают Масяню — творение рук Олега Куваева автора этих прикольных мультиков. В подборке - книги нашей форумчанки Ирины Оловянной! Лев Николаевич Гумилев - сборник книг Лев Николаевич Гумилев — выдающийся русский историк и этнограф, основатель теории пассионарности. Пикуль Валентин - подборка книг Валентин Саввич Пикуль 13 июля , Ленинград — 16 июля , Рига — русский писатель, автор популярных исторических романов.

Олигархи с большой дороги Автор: Александр Евсеевич Хинштейн Количество страниц: Антология журнала "Наука и жизнь" - Наука и жизнь Официальный сайт: Некоторые номера около 10 - 15 за различные годы представлены в формате. Вырезки и статьи в "Дополнительных материалах" в формате. Все журналы рассортированы по папкам в соответствии с годом издания Одним файлом: Сборник исторических книг Дэвида Гланца - "Дэвид Гланц, крупнейший в мире специалист по истории Красной армии, подробно и убедительно рассказывает об одном из самых трагических событий Второй мировой войны - блокаде Ленинграда.

Карты к "Операции Марс" djvu 2. Колосс поверженный djvu 3. Катастрофа Красной Армии в операции "Марс" г. Советское военное чудо Возрождение Красной Армии djvu, fb2 5. Приложение выходило в печати шесть раз в год. Приложение было основано в году, до середины х выходило шесть раз в год. Фантастика, детективы, приключения Количество: Таинственный мистер Кин Паркер Пайн: Расследует Паркер Пайн Полковник Рейс: Человек в коричневом костюме; Сверкающий цианид Инспектор Баттл: Таинственный соперник; Партнеры по преступлению; Агент Н или М; Щелкни пальцем только раз; Врата судьбы; Ботинки посла; Джентльмен, одетый в газету; Дом под черепичной крышей; Дочь священника Другие произведения: Военная энциклопедия СПб Т-во И.

Артур Конан Дойл произведений Артур Конан Дойл - всемирно известный английский писатель, один из создателей детективного жанра, автор знаменитых повестей и рассказов о Шерлоке Холмсе, фантастических произведений о профессоре Челленджере и исторических романов Артур Конан Дойл произведений Формат: Gerardus Mercator Atlas sive Cosmographicae Meditationes de Fabrica Mundi et Fabricati Figura Перед Вами оригинальное полное первоиздание знаменитого "Атласа Меркатора" - самой большой работы человека, революционизировавшего картографию!

Блины Блины - одно из самых древнейших изделий русской кухни, появившихся еще до девятого века в языческие времена. Вам будет чем удивить ваших гостей! Мой мир Год издания: Махмудов Карим Пловы на любой вкус Среди сотен самых разнообразных блюд узбекской кухни плов наиболее точно подчеркивает характерные особенности и самобытный колорит национальной кухни.

Мангал, казан, гриль, барбекю В книге предложены рецепты блюд, которые готовят на открытьм огне: Клуб семейного досуга Год выпуска: Бронепоезда Великой Отечественной Великой Отечественной войне суждено было стать последней великой войной бронепоездов - в гг. Казан, мангал и другие мужские удовольствия Эта книга — ни в коем случае не сборник рецептов узбекской кухни, не путеводитель по кухне среднеазиатской или даже, шире, по кухне восточной.

Сборник книг Яков Исидорович Перельман — российский, советский учёный, популяризатор физики, математики и астрономии, один из основоположников жанра научно-популярной литературы, и основоположник занимательной науки, автор понятия научно-фантастическое.

Выпуск 11; - Лабиринты; - Загадки и диковинки в мире чисел; - Одним росчерком. Жизнь и технические идеи; - Три знаменитые задачи древности; - Далекие миры Подражание Перельману: Яков Исидорович Перельман Дата выпуска: Кобо Абэ Кобо Абэ — — японский писатель, драматург, режиссер, фотограф, один из лидеров послевоенного японского авангарда в искусстве — признавался: Айзек Азимов Американский писатель Айзек Азимов — , популяризатор науки и мастер научной фантастики, стал одним из тех писателей, которые еще при жизни получают громкое и единодушное признание.

А в году эту премию ему вручили с формулировкой: Рэй Брэдбери Рэй Брэдбери Рэймонд Дуглас Брэдбери появился на свет 22 августа года в штате Иллинойс в семье потомка первых поселенцев. Курт Воннегут На своем надгробии Воннегут попросил написать такую эпитафию: Станислав Лем Станислав Лем — — польский писатель, фантаст, сатирик, философ и футуролог. Клиффорд Саймак Клиффорд Дональд Саймак — — один из ведущих писателей золотого века англоязычной научной фантастики.

Аркадий и Борис Стругацкие Братья и соавторы Аркадий и Борис Стругацкие — классики и бесспорные лидеры отечественной социальной фантастики.

Роберт Шекли Автор множества философско-сатирических рассказов и нескольких романов, Роберт Шекли — с детства зачитывался рассказами Брэдбери и Каттнера. Всемирная история в лицах: Де Агостини Год издания: Сборник книг 15 книг из 23 Эта серия состоит из книг жанра военной фантастики. Серия состоит из 23 томов, но на сегодняшний день в электронном виде удалось найти только Алан Дин Фостер Сборник произведений Алан Дин Фостер — один из самых читаемых у нас современных американских фантастов.

Увлекается баскетболом, классической музыкой и восточными единоборствами. Военные трофеи; - Хроники Риддика; Историческая проза: Осколок кристалла власти; Ледовый Союз - 1. Проводники всемирного потопа; Приключения Флинкса - 1.

Последнее приключение Флинкса; Проклятые - 1. Военные трофеи; Странствия законоучителя - 1. Триумф душ; Чародей с гитарой - 1. Инфернальная музыка Челанксийская федерация - 1. Путешествие в город мертвых Чужой - 1.

Чужой-3; Терминатор - 4. Сборник произведений Год выпуска: Алан Дин Фостер Жанр: Эксмо, Ред Фиш, Амфора Формат: Серия "Историческая фантастика" издательства ЛенИздат 55 томов , fb2 Год выпуска: Боевая фэнтези, Альтернативная история Издательство: Сборник англо-американской фантастики Туннель под миром: Сборник англо-американской фантастики Рэй Брэдбери.

Марсианские хроники Курт Зандер. Сигнал из Космоса Ференц Кашшаи. Охота на Сэтавра Йозеф Несвадба. Мозг Эйнштейна Чэд Оливер.

Ветер времени Фредерик Поол, Сирил М. Путь марсиан Белая Пушинка: Сборник рассказов Роберт Шекли. Хорошее качественное издание серии. В наличие есть несколько книг в таковом исполнении, вполне достойно смотрятся на книжной полке. И даже не особо заметно сразу, что книги из разных серий-миров-авторов. После первой книги, той, которая понравилась так, что тут же захотелось прочитать продолжение, что я и сделал, впечатление от этой книжки осталось грустное.

Совсем не соотвествующее ожиданиям. Книга толстая, переплет твердый, поэтом странички не распадаются. Сюжет не плохой, прочитала за пару дней. Прикрепляю несколько фотографий для ознакомления. Битва Есть продолжение цикла, написанное др. Андрей Лавистов Река снов Автор: Сергей Сезин Река снов Река Снов. Лес на краю света Река Снов. Кольцо Зеркал Река снов. Том 4 Река снов. Том 5 Река снов.

Том 6 Бумага серая, Я старше 18 лет, принимаю условия работы сайта, даю согласие на обработку перс. Подарки к любому заказу от р. Вступить в Лабиринт У меня уже есть код скидки.

Здесь будут храниться ваши отложенные товары. Вы сможете собирать коллекции книг, а мы предупредим, когда отсутствующие товары снова появятся в наличии! Вступить в Лабиринт У меня уже есть аккаунт.

Ваша корзина невероятно пуста. Не знаете, что почитать? Здесь наша редакция собирает для вас лучшие книги и важные события. Сумма без скидки 0 р. Вы экономите 0 р. Фантастические комиксы в подарок. Забирайте заказы без лишнего ожидания.

Битва Альфа-книга Если уж влип в историю, надо все же участвовать в ней до конца.