История англоязычных народов (комплект из 4 книг) Уинстон Черчилль

У нас вы можете скачать книгу История англоязычных народов (комплект из 4 книг) Уинстон Черчилль в fb2, txt, PDF, EPUB, doc, rtf, jar, djvu, lrf!

Талантливый организатор, блестящий оратор, остроумный собеседник и язвительный полемист, игрок, гурман, циник и джентльмен - таким предстает перед нами на страницах этой книги великий жизнелюб сэр Уинстон Черчилль. Ярчайший представитель политического Олимпа XX века, он и сегодня остается фигурой, притягивающей к себе внимание не только специалистов-историков, но и широкие читательские массы во всем мире. Интерактивный руб Раздел: Прочие Касса "Мой магазин".

Интерактивная касса оборудована калькулятором, микрофоном, сканером, весами, чековой лентой, выдвижным ящиком для денег. Звуковые руб Раздел: Магазины, супермаркеты Мой отец Уинстон Черчилль.

Никогда не сдавайтесь В этой книге сформулированы 25 законов лидерства Уинстона Черчилля. Документы, комментарии, Книга содержит документы фондов И. Кладезь цитат и анекдотов предисл. Скандальная биография Уинстона Черчилля Что приводит людей к вершинам власти? Интеллектуальный портрет Книга адресована широкому кругу читателей. Уинстон Черчилль количество CD дисков: Книга хорошо структурирована, качественный перевод.

Автобиографическая книга композитора и книга его жены о его судьбе и музыке. Биография - с. Ни о каком выступлении в Парламенте здесь не упоминается. Далее, возьмём в руки 8-томное полное собрание выступлений Черчилля с по год, изданное в году в Нью Йорке в издательстве Боукер под редакцией Роберта Роудса Джеймса.

В восьмом томе приведено 9 выступлений за год: Никаких выступлений Черчилля в Парламенте в году не было, а были только выступления перед избирателями и на почётных церемониях в его честь. В одном из своих выступлений 29 сентября года перед избирателями в Вудфорде Черчилль сказал о Сталине следующее:. Я принял участие в пробуждении свободной Европы к осознанию необходимости объединения усилий с Соединёнными Штатами и Британскими доминионами ради защиты своей свободы.

Но я не стремился к холодной войне и я никогда не стермился к её поддержанию или продлению. В апреле года, когда победоносные силы Запада и России объединялись в общей победе, я писал Сталину:. Не много радости в таком будущем, в котором Вы вместе с подвластными Вам странами и вдобавок с коммунистическими партиями во многих других странах, все вместе встанете по одну сторону, а те кто тяготеет к англоязычным нациям, их союзникам и доминионам, будут по другую сторону. Очевидно, что эта ссора разорвёт мир на части и что все мы, лидеры, причастные к этому по обе стороны, будем опозорены судом истории.

Все мы очень хорошо знаем трагическую цепочку последовавших за этим событий. Последнее предложение — это ссылка на наметившуюся положительную динамику с позиций Запада в отношениях между Россией и Западом в связи с визитом Хрущёва в США. Отсюда вполне здраво предположить, что Черчилль не мог в то же самое впемя прославлять уже заочного, покойного противника Хрущёва — Генералиссимуса Сталина, — не нанося тем самым непоправимый вред отношениям между Хрущёвым и политической элитой Запада.

Так откуда же взялась эта цитата. Форум сторонников КОБ, статьи о Сталине в 5-м томе содержаться не может этот том можно приобрести на amazon. У меня этого тома нет, но я имел возможность просмотреть восьмитомное полное собрание выступлений Черчилля, на которое я выше ссылался. В этом выступлении, помимо других детально рассматриваемых военно-политических вопросов, премьер-министр Черчилль рассказывает о своём путешествии в Москву с Авереллом Гарриманом, личным представителем Президента США, и делится своими впечатлениями от первой встречи со Сталиным в Москве:.

Главной целью моего визита было установление таких же отношений полной уверенности и совершенной открытости, которые я выстроил с Президентом Рузвельтом. Я думаю, что, не взирая на тот несчастный случай с Вавилонской Башней, который остаётся очень серъёзным препятствием во многих сферах жизни, я в большой мере достиг успеха.

Большой удачей для России в её агонии было оказаться под началом этого великого, закалённого военачальника. Человек этот -внушительная, выдающаяся личность, соответствующая тем серъёзным и бурным временам, в которых прошла его жизнь; человек неисчерпаемого мужества и силы воли и человек прямой и даже безцеремонный в манере общения, что меня, выросшего в Палате Общин, совсем не покоробило, особенно когда мне тоже было что сказать. Что наиболее важно, это человек с тем спасительным чувством юмора, которое так важно для всех людей и всех наций, но в особенности для великих людей и великих наций.

Сталин также произвёл на меня впечатление своей глубокой и хладнокровной мудростью и полным отсутствием любых иллюзий.

The main object of my visit was to establish the same relations of easy confidence and of perfect openness which I have built up with President Roosevelt.

I think that, in spite of the accident of the Tower of Babel which persists as a very serious barrier in numerous spheres, I have succeeded to a considerable extent. Хотя интервенция не пользовалась поддержкой премьер-министра, Черчиллю, благодаря тактике политического маневрирования между различными группировками в правительстве и затягиванию времени, удалось оттянуть вывод британских войск из России до года. В году Черчилль был назначен Министром по делам колоний, в этом качестве подписал Англо-Ирландский договор, согласно которому было создано Ирландское Свободное государство.

В сентябре консерваторы вышли из правительственной коалиции, и на выборах года Черчилль, баллотируясь от Либеральной партии, потерпел поражение в округе Данди. Также неудачей закончилась попытка пройти в парламент от Лестера в году , после чего он баллотировался уже как независимый кандидат, сначала безуспешно на довыборах от Вестминистерского округа, и только на выборах года он сумел вернуть себе место в Палате общин. На следующий год он официально присоединился к Консервативной партии.

В году Черчилль получил должность Канцлера казначейства в правительстве Стэнли Болдуина. На этом посту он руководил неудачным возвращением британской экономики к золотому стандарту. Действия правительства привели к дефляции , экономическому спаду, массовой безработице и, как следствие, к всеобщей забастовке года. После поражения консерваторов на выборах года Черчилль не стал добиваться избрания в руководящие органы партии в связи с разногласиями с лидерами консерваторов по вопросам торговых тарифов и независимости Индии.

Когда Рамси Макдональд сформировал коалиционное правительство в году , Черчилль не получил предложения войти в кабинет. Фракция выступала против предоставления независимости и даже статуса доминиона Индии, за более жёсткий внешнеполитический курс, в частности за более активное противодействие перевооружению Германии.

В предвоенные годы он жёстко критиковал политику умиротворения Гитлера , проводившуюся правительством Чемберлена и после заключения Мюнхенского соглашения сказал в Палате общин:. You were given the choice between war and dishonour. You chose dishonour, and you will have war. Существует легенда, что узнав об этом, корабли КВМФ Великобритании и военно-морские базы обменялись сообщением с текстом: Хотя документальных свидетельств, что данное сообщение действительно было отправлено, до сих пор не обнаружено.

Несмотря на полученный формальный вотум доверия, Чемберлен решает подать в отставку, в связи с острой критикой, которой подверглась политика кабинета, и небольшим 81 голос перевесом при голосовании.

Наиболее подходящими кандидатами считались Черчилль и лорд Галифакс. David Margesson , Галифакс отказался от должности, и 10 мая , Георг VI официально назначил Черчилля премьер-министром.

Черчилль получил эту должность не как лидер партии, победившей на выборах, а в результате стечения чрезвычайных обстоятельств. Многие историки и современники считали важнейшей заслугой Черчилля его решимость продолжать войну до победы, несмотря на то, что ряд членов его кабинета, включая министра иностранных дел лорда Галифакса, выступали за попытку достижения соглашений с гитлеровской Германией.

В своей первой речи, произнесённой 13 мая в Палате Общин в качестве премьер-министра, Черчилль сказал:. I have nothing to offer but blood, toil, tears, and sweat.

В качестве одного из первых шагов на посту премьера Черчилль учредил и занял пост Министра обороны, сосредоточив в одних руках руководство военными действиями и координацию между флотом, армией и ВВС, подчинявшимися до того разным министерствам. Черчилль предпринимал регулярные поездки на места бомбёжек, встречался с пострадавшими, с мая по декабрь года он выступил по радио 21 раз, его выступления слышали более 70 процентов британцев [9]. Популярность Черчилля как премьера была беспрецедентно высока, в июле года его поддерживало 84 процента населения, и этот показатель сохранился практически до конца войны [9].

В течение трех дней политики выработали текст Атлантической хартии. Когда близкая победа над Германией стала очевидной, жена и близкие советовали Черчиллю уйти на покой, оставив политическую деятельность на вершине славы, но он принял решение участвовать в выборах, которые были назначены на май года.

К окончанию войны на первый план вышли экономические проблемы, хозяйство Великобритании понесло тяжёлый урон, вырос внешний долг, осложнились отношения с заморскими колониями. В октябре года , когда Уинстон Черчилль вновь стал премьер-министром в возрасте 77 лет, состояние его здоровья и способность выполнять свои обязанности внушало серьёзные опасения. Его лечили от сердечной недостаточности, экземы и развивающейся глухоты.

В феврале года он по-видимому пережил ещё один инсульт и на несколько месяцев утратил способность связно говорить. В июне приступ повторился, его на несколько месяцев парализовало на левую сторону. Несмотря на это Черчилль категорически отказался подать в отставку или хотя бы перейти в Палату лордов , сохранив за собой должность премьера только номинально.

Предпочтение было отдано британскому политику. Огромный вклад Хемингуэя в литературу был отмечен годом позже. Черчилль умер 24 января года. По распоряжению королевы ему были устроены проводы по высшему государственному разряду в Соборе св.

В соответствии с пожеланием политика он был похоронен на кладбище в Блейдоне , близ Бленхеймского дворца. Церемония похорон прошла по сценарию, заранее написанному самим Черчиллем. Классическими произведениями ораторского искусства и вершиной ораторского мастерства Черчилля считаются три его речи, произнесенные в парламенте году.

Я повторю перед Палатой то, что уже сказал присоединившимся к новому Правительству: Нам предстоит суровое испытание. Перед нами много долгих месяцев борьбы и страданий. Вы спрашиваете, какова наша политика? Вы спрашиваете, какова наша цель? Я могу ответить одним словом: Однако я принимаю свои обязанности с энергией и надеждой. Я уверен, что люди не дадут погибнуть нашему делу. Сейчас я чувствую себя вправе потребовать помощи от каждого, и я говорю: We have before us many, many long months of struggle and of suffering.

You ask, what is our policy? It is to wage war, by sea, land and air, with all our might and with all the strength that God can give us; to wage war against a monstrous tyranny, never surpassed in the dark and lamentable catalogue of human crime.

That is our policy. You ask, what is our aim? I can answer in one word: Victory at all costs, victory in spite of all terror, victory, however long and hard the road may be; for without victory, there is no survival. Let that be realised; no survival for the British Empire, no survival for all that the British Empire has stood for, no survival for the urge and impulse of the ages, that mankind will move forward towards its goal.

But I take up my task with buoyancy and hope. I feel sure that our cause will not be suffered to fail among men. At this time I feel entitled to claim the aid of all, and I say, "Come then, let us go forward together with our united strength.

Несмотря на то, что значительные пространства Европы и многие старые и славные государства подпали или могут подпасть под власть гестапо и всего отвратительного аппарата нацистского господства, мы не сдадимся и не покоримся.

Мы пойдем до конца, мы будем сражаться во Франции, мы будем сражаться на морях и на океанах, мы будем сражаться с возрастающей уверенностью и растущей силой в воздухе; мы будем оборонять наш Остров, чего бы это ни стоило, мы будем сражаться на побережье, мы будем сражаться в пунктах высадки, мы будем сражаться на полях и на улицах, мы будем сражаться на холмах, мы не сдадимся никогда, и даже, если случится так, во что я ни на мгновение не верю, что этот Остров или большая его часть будет порабощена и будет умирать с голода, тогда наша Империя за морем, вооруженная и под охраной Британского Флота, будет продолжать сражение, до тех пор, пока, в благословенное Богом время, Новый Мир, со всей его силой и мощью, не отправится на спасение и освобождение старого.

Even though large tracts of Europe and many old and famous States have fallen or may fall into the grip of the Gestapo and all the odious apparatus of Nazi rule, we shall not flag or fail. То, что генерал Вейган называл битвой за Францию, окончено. Со дня на день начнется битва за Англию. От исхода этого сражения зависит судьба христианской цивилизации. От этого зависит наша собственная британская жизнь, и длительная непрерывность наших учреждений и нашей Империи.

Скоро на нас обрушатся вся ярость и мощь врага. Гитлер знает, что или ему надо сломить нас на нашем острове, или он проиграет войну. Если мы выстоим в борьбе с ним, вся Европа может стать свободной, и жизнь всего мира двинется вперед на широкие, залитые солнцем высоты.

Но если мы потерпим поражение, весь мир, включая Соединенные Штаты, включая все, что мы знаем и любим, погрузится в бездну нового Темного века, который лучи извращенной науки сделают более губительным и, возможно, более длительным. Поэтому соберемся с духом для выполнения нашего долга и будем держаться так, что если Британская империя и Британское Содружество просуществуют тысячу лет, то и тогда, через тысячу лет, люди скажут: What General Weygand called the Battle of France is over.

I expect that the Battle of Britain is about to begin. Upon this battle depends the survival of Christian civilization. Upon it depends our own British life, and the long continuity of our institutions and our Empire. The whole fury and might of the enemy must very soon be turned on us. Hitler knows that he will have to break us in this Island or lose the war. If we can stand up to him, all Europe may be free and the life of the world may move forward into broad, sunlit uplands.

But if we fail, then the whole world, including the United States, including all that we have known and cared for, will sink into the abyss of a new Dark Age made more sinister, and perhaps more protracted, by the lights of perverted science.

Let us therefore brace ourselves to our duties, and so bear ourselves that, if the British Empire and its Commonwealth last for a thousand years, men will still say, "This was their finest hour.

Он подчеркнул, что не отрекается от своей негативной оценки коммунизма, но считает Гитлера главным общим врагом, и потому от имени Великобритании пообещал СССР всемерную помощь и поддержку:. Нацистский режим неотличим от худших черт коммунизма. Он лишён каких-либо принципов и основ, кроме ненавистного аппетита к расовому доминированию. Он изощрён во всех формах человеческой злобы, в эффективной жестокости и свирепой агрессии.

За последние 25 лет никто не был более последовательным противником коммунизма, чем я. Я не возьму обратно ни одного слова, которое я сказал о нём. Но всё бледнеет перед развертывающимся сейчас зрелищем. Прошлое, с его преступлениями, безумствами и трагедиями, отступает. Я вижу русских солдат, стоящих на пороге своей родной земли, охраняющих поля, которые их отцы обрабатывали с незапамятных времен.

Мы полны решимости уничтожить Гитлера и все следы нацистского режима. Ничто не сможет отвратить нас от этого, ничто. Мы никогда не станем договариваться, мы никогда не вступим в переговоры с Гитлером или с кем-либо из его шайки. Мы будем сражаться с ним на суше, мы будем сражаться с ним на море, мы будем сражаться с ним в воздухе, пока с Божьей помощью не избавим землю от самой тени его и не освободим народы от его ига. Любой человек или государство, которые борются против нацизма, получат нашу помощь.

Широкую известность получила также Фултонская речь Sinews of Peace , произнесённая 5 марта года в Вестминстерском колледже Фултона Миссури. Речь посвящена обоснованию необходимости союза англосаксонских стран для борьбы с советско-коммунистической экспансией. Тень упала на сцену, ещё недавно освещенную победой Альянса. Никто не знает, что Советская Россия и её международная коммунистическая организация намерены делать в ближайшем будущем и есть ли какие-то границы их экспансии.

За этой линией располагаются все столицы древних государств Центральной и Восточной Европы: Варшава, Берлин, Прага, Вена, Будапешт, Белград, Бухарест и София, все эти знаменитые города с населением вокруг них находятся в том, что я должен назвать советской сферой, и все они, в той или иной форме, объекты не только советского влияния, но и очень высокого, а в некоторых случаях и растущего контроля со стороны Москвы… Коммунистические партии, которые были очень маленькими во всех этих восточноевропейских государствах, были выращены до положения и силы, значительно превосходящих их численность, и они стараются достичь во всем тоталитарного контроля.

A shadow has fallen upon the scenes so lately light by the Allied victory. Nobody knows what Soviet Russia and its Communist international organization intends to do in the immediate future, or what are the limits, if any, to their expansive and proselytizing tendencies. From Stettin in the Baltic to Trieste in the Adriatic an iron curtain has descended across the Continent. Behind that line lie all the capitals of the ancient states of Central and Eastern Europe.

Warsaw, Berlin, Prague, Vienna, Budapest, Belgrade, Bucharest and Sofia, all these famous cities and the populations around them lie in what I must call the Soviet sphere, and all are subject in one form or another, not only to Soviet influence but to a very high and, in some cases, increasing measure of control from Moscow. Athens alone -- Greece with its immortal glories -- is free to decide its future at an election under British, American and French observation.

The Russian-dominated Polish Government has been encouraged to make enormous and wrongful inroads upon Germany, and mass expulsions of millions of Germans on a scale grievous and undreamed-of are now taking place. The Communist parties, which were very small in all these Eastern States of Europe, have been raised to pre-eminence and power far beyond their numbers and are seeking everywhere to obtain totalitarian control.