Александр Сергеевич Пушкин - Сочинения (комплект из 6 книг) А. С. Пушкин

У нас вы можете скачать книгу Александр Сергеевич Пушкин - Сочинения (комплект из 6 книг) А. С. Пушкин в fb2, txt, PDF, EPUB, doc, rtf, jar, djvu, lrf!

Сгорел один во имя всех. Вопят вояки с перепоя. А вот бесшумным пистолетом полезней, право, обладать! Чекист сибирский Лев Огрехов. Следя за тайнами красавиц, шпион китайский, тощий Ван, насквозь пружинами пронзаясь, ложится доблестно в диван. Быть может, я и сам шпион? Я скручен лентами шпионскими, как змеями — Лаокоон. Эти люди о друге пеклись по-братски И не только от общих богемных игр, И не только от общих корней бурятских. Где прошел буреломом еврейский тигр.

Их отцы возжигали огни коммунизма, Возглавляли уральские города, Погибали от жадных адептов садизма В той стране, где гуляла блажная орда. Матерям не сбежать от соблазнов троцкизма, И наградой за все встретит их Колыма. Дети жертв, собирайте словесные гроздья, Пока каждый еще не хронически пьян, Обуян стихотворства таинственной страстью И не стал еще глух словно гнилостный пень.

Чуть помедленнее, кони, чуть помедленнее! Умоляю вас вскачь не лететь! Нo что-то кони мне попались привередливые. Давайте жить, во всем друг другу потакая, — Тем более что жизнь короткая такая. Кто-нибудь другой пусть Скажет то, что я не смог. Мой безлиственный лысый лес! Мой густой деревянный добряк! Скажи, ты готов К дикарям-декабрям? Не волоча свой след и не виляя. Как мамонты, природу оголяя, Уходят от меня мои друзья. Ужель сошелся клином свет И за углом — кофейня?

Ты наклоняешься вперед, И твой подстрочник, нет, не врет, В нем этот свет, а также тот, И там, и тут — кофейня. Но мертвый дуб расцвел средь ровныя долины.

И благостный закат над нами розовел. И странники всю ночь крестились на руины. Жизнь — это точно любимая, ибо Благодарю, что не умер вчера. Ибо права не вражда, а волжба. Может быть, завтра скажут: Ох, какая же ты близкая и ласковая, Альпинистка моя, скалолазка моя… Отставить разговоры!

Вперед и вверх, а там… Ведь это наши горы, Они помогут нам… Но что ей до меня — Она была в Париже… Где твои семнадцать лет? Где свои, а где чужие. Как до этого дожили, Неужели на Россию Нам плевать? Этого стихотворения Ты не прочтешь никогда. В город вошли, зверея, Белые холода. Сколько зима продлится, Хлынувши через край? Тихо в твоей больнице… Юста, не умирай! Буду острить натужно, О пустяках говорить… ……… В окнах больших и хмурых Высветится ответ.

Как на твоих гравюрах — Белый и черный цвет. И до безумия просто Канет в снежный февраль Страшная эта просьба: You must be happy!

Придется присесть, пожалуй, Задохнувшись, на камень, широкий и плоский, И удивляться тупо оранжево-красному небу, И тупо слушать кричащий пронзительный ветер. Тех, что погибли, считаю храбрее.

Может, осколки их были острее? Может, к ним пули летели быстрее?!.. Как овечка черной шерсти, Ты не зря живешь свой век — Оттеняя совершенство Безукоризненных коллег. Ах, мало мне другой заботы, Обременяющей чело — Мне маленькие самолеты Вce снятся не пойму с чего. Я много лет пиджак ношу, Давно потертый и неновый. И я зову к себе портного И перешить пиджак прошу…. По морям играя носится С миноносцем миноносица.

Льнет, как будто к меду осочка, К миноносцу миноносочка. Как я трогал тебя! Даже губ моих медью Трогал так, как трагедией трогают зал. Поцелуй был как лето. Он медлил и медлил, Лишь потом разражалась гроза.

Тянул до потери сознанья. Звезды долго горлом текут в пищевод. Соловьи же заводят глаза с содроганьем, Осушая по капле ночной небосвод. Здесь разговоров нет окольных, Здесь скульптор в кедах баскетбольных Кричит, махая колбасой….

Я говорю ему шутя: Сулит мне новые удачи Искусство кройки и шитья. Смотри, какое небо звездное! Смотри, звезда летит, летит звезда! Хочу, чтоб зимы стали веснами! Хочу, чтоб было так, было всегда! Милая, милая, что с тобой? Мы эмигрировали в край чужой, Ну что за город, глухой, как чушки, Где прячут чувства?

Лежать бы Гусаку В жаровне на боку, Да, видимо, немного подфартило старику. Не то чтобы хозяин пожалел его всерьез, А просто он гусятину на завтра перенес. Ой, Вань, гляди, какие клоуны! Рот — хоть завязочки пришей… ……… Послушай, Зин, не трогай шурина. Какой ни есть, а он — родня…. Я Пролетающий— Мгновенно — Тающий! Take your place on the steps И покатитесь в степь С нашей вспышкой, Всегда возникающей. Израильская, — говорю, — военщина Известна всему свету!

Как мать, — говорю, — и как женщина Требую их к ответу! Я обнял эти плечи и взглянул На то, что оказалось за спиною, И увидал, что выдвинутый стул Сливался с освещенною стеною. Был в лампочке повышенный накал, Невыгодный для мебели истертой, И потому диван в углу сверкал Коричневою кожей словно желтой. Стол пустовал, поблескивал паркет, Темнела печка, в раме запыленной Застыл пейзаж; и лишь один буфет Казался мне тогда одушевленным.

Но мотылек по комнате кружил, И он мой взгляд с недвижимости сдвинул. И если призрак здесь когда-то жил, То он покинул этот дом.

Плывет в тоске необъяснимой Среди кирпичного надсада Ночной кораблик негасимый Из Александровского сада…. Все образы, все рифмы. Сильных, слабых Найти нельзя. Порок, тоска, грехи, Равно тихи, лежат в своих силлабах…. В деревне Бог живет не по углам, Как думают насмешники, а всюду.

Он изгороди ставит, выдает Девицу за лесничего и, в шутку, Устраивает вечный недолет Объездчику, стреляющему в утку. Наверно, тем искусство и берет, Что только уточняет, а не врет. Поскольку основной его закон. Навсегдa — не слово, а вправду цифра. Чьи нули, когда мы зарастем травою, Перекроют эпоху и век с лихвою. Вороньи гнезда как каверны в бронхах. Отрепья дыма роются в обломках Больничных крыш.. Любая речь Безадресна, увы, об эту пору — Чем я сумел, друг-небожитель, спору Нет, пренебречь.

В Рождество все немного волхвы. В продовольственных слякоть и давка. Из-за банки кофейной халвы Производит осаду прилавка Грудой свертков навьюченный люд: Каждый сам себе царь и верблюд. Господи, мой, Боже, зеленоглазый мой! Пока Земля еще вертится и это ей странно самой. Пока ей еще хватает времени и огня, Дай же ты всем понемногу и не забудь про меня! А на дива-, а на дива-, а на диване Мы лежим, художники. А у меня и у моёва друга Вани Протянулись ноженки. Ни страны, ни погоста Не хочу выбирать.

На Васильевский остров Я приду умирать…. В те времена в стране зубных врачей, Чьи дочери выписывают вещи Из Лондона, чьи стиснутые клещи Вздымают вверх на знамени ничей Зуб Мудрости, я, прячущий во рту Развалины почище Парфенона, Шпион, лазутчик, пятая колонна Гнилой цивилизации — в быту Профессор красноречия — я жил В колледже возле главного из Пресных Озер, куда из недорослей местных Был призван для вытягиванья жил.

Все то, что я писал в те времена, Сводилось неизбежно к многоточью. К тому же роман не завершен, поскольку автор планировал продолжение. Meline, Cans et Compagnie Брюссель Язык: Антикварное издание Описание древне-греческих монет, принадлежащих Императорскому Московскому Университету г.

Антикварная книга в слепом коленкоровом переплете, содержащая справочник-описание древне-греческих монет, принадлежащих Императорскому Московскому университету, с тремя таблицами снимков. Издательская обложка книги сохранена. В очень хорошем состоянии. На титульном листе владельческая подпись. Старинное издание описывает греческие монеты древнего мира из собрания минц-кабинета Императорского Московского университета, основанного на коллекции шведских медалей, подаренной Университету в году.

Описание монет в книге приведено в географическом порядке. Типография и словолитня Гербека О. Антикварное издание Разбор Римского учения о видимом папском главенстве в церкви, сделанный на основании Священного писания и предания первых веков христианства до I Вселенского собора г.

На титульном листе и страницах - печать библиотеки учебников Пензенской духовной семинарии. На титульном листе - штамп книжного магазина в Пензе. Второе издание, исправленное и дополненное. Прижизненное издание автора, Архимандрита Никанора - доктора богословия, ректора Казанской духовной академии.

Университетская типография Казань Язык: Антикварное издание Полное собрание сочинений Алексея Толстого в 15 томах г. Комплект из пятнадцати букинистических книг в издательских переплетах. Издано в Москве в годах. Под редакцией Мясникова А.

Стоимость полного комплекта в советских букинистических магазинах достигала рублей. Эта редакция томного собрания сочинений Алексея Николаевича Толстого имела целью подготовить к печати полный текст произведений писателя, как опубликованных при жизни автора, так и тех, что остались в рукописях.

Государственное издательство художественной литературы Москва Язык: Антикварное издание Патерик Киевского Печорского монастыря г. Антикварная книга в коленкоровом владельческом переплете. Представляет собой Патерик Киевского Печерского монастыря из серии "Памятники славяно-русской письменности". Издание Императорской Археографической комиссии Санкт-Петербург. Патерик или отеческая книга, старческая книга - жанр аскетической литературы, сборник изречений святых отцов подвижников или рассказов о них.

Киево-Печерский патерик с рассказами из жизни монахов Киево-Печерского монастыря был написан в XIII веке и считается наиболее известным из всех отечественных патериков. Антикварное издание Сочинения Данилевского Г. Комплект из восьми антикварных книг во владельческих коленкоровых переплетах с золотым тиснением на корешках и обложках.

Представляет собой полное собрание сочинений Данилевского Г. Стоимость такого комплекта в советских букинистических магазинах достигала рублей. Беглый Лаврушка в Париже [и др.

Царевич Алексей [и др. На Индию при Петре 1. Восемьсот двадцать пятый год [и др. Бес на Вечерницах [и др. Жизнь и смерть короля Ричарда III. Антикварное издание Каталог ксилографированных и печатных инкунабул гг. Джозеф Байер Антикварная книга во владельческом составном переплете эпохи. Каталог ксилографированных и печатных инкунабул, изданных печатным способом в годах, с 14 таблицами и рисунками. На французском языке полное наименование книги звучит как "Incunabula xylographica et typographica Avec 14 planches et illustrations".

Коленкоровые корешок и уголки, крышки оклеены бумагой. Разрывы коленкора на корешке, загрязнения переплета. Разрыв заднего форзаца, корешок и задняя крышка отходят от блока.

На заднем форзаце имеется штамп. Страницы выпадают из блока. Антикварное издание Elegies de Properce, сборник элегий г. Проперций Секст Антикварная книга в переплете эпохи.

Бинты на корешке, золотое тиснение хорошо сохранилось. Срезы страниц украшены мраморным рисунком. На переднем форзаце экслибрис на французском языке "A Strasbourg chez les Fr. Бумага в идеальном состоянии. Элегии Секста Проперция, большинство из которых посвящено возлюбленной поэта - девушке, которая предстает перед читателем под именем Кинфии, выделяются многочисленными мифологическими аллюзиями, а также психологической точностью и выразительностью описаний.

Chez Le Jay Париж Язык: Антикварное издание Избранные сочинения Карамзина Н. Антикварная книга во владельческом полукожаном переплете с золотым тиснением по корешку. На форзаце 2-б владельческие пометы, штамп, следы сведенных печатей.

Книжный блок преимущественно чистый, пятна. Старинное издание содержит в себе избранные сочинения Карамзина с заметками и примечаниями Л. Это первая [и единственная вышедшая] часть, посвящена периоду гг. Антикварное издание Эстетические отношения искусства к действительности г. В хорошем состоянии, потертости переплета, владельческие карандашные пометы в тексте.

Второе издание знаменитой магистерской диссертации Чернышевского Н. Диссертация стала большим общественным событием и была воспринята как революционное выступление. В этой работе Чернышевский подвергал резкой критике эстетику идеалистов и теорию "искусство для искусства". Министр просвещения Норов А. Антикварное издание Полное собрание сочинений Генриха Гейне в 6 томах г. Гейне Генрих Комплект из шести антикварных книг во владельческих полукожаных переплетах эпохи.

Представляет собой полное собрание сочинений Генриха Гейне. Издание 2-е фактически 3-е. Под редакцией и с биографическим очерком Павла Вейнберга. Вышло в 6 томах напечатано в 16 книгах в Санкт-Петербурге в году в качестве приложения к журналу "Нива".

Цена полного комплекта в советским букинистических магазинах доходила до 30 рублей. Французские дела [и др. Книга песен [и др. Песни любви [и др. Антикварное издание Ключ от науки, или ежедневные явления в природе г. Антикварная книга в цельном кожаном переплете, корешок с бинтами и золотым тиснением.

На одной из страниц следы самостоятельной реставрации. Титульный лист немного надорван. Перевод на болгарский Стефана Бобчева. Болгарское издание книги английского ученого доктора Брюера, под чьей обложкой оказались соединены вместе описания сразу множества научных областей, среди которых статьи по метеорологии, акустике, оптике, органической и неорганической химии, зоологии. Отдельная глава посвящена электричеству и его природе.

Издательство Карапетров и Co Цареград Язык: Антикварное издание Богослужебный устав или Типикон г. Антикварная книга в кожаном переплете эпохи с золотым тиснением на корешке и крышках. Деревянные доски в качестве переплетных крышек. Сохранность книжного блока хорошая. Есть загрязнения и следы залития.

Типикон - церковно-богослужебная книга, устанавливающая порядок православного богослужения или Богослужебный устав, который регламентируется общими уставными главами, месяцесловом с описанием соединения богослужения подвижных и неподвижных годовых богослужебных кругов в Марковых главах, указаниями о совершениях храмовых престольных праздников, правилами о постах, монастырском общежитии, трапезе и о других сторонах церковной, преимущественно монастырской, жизни.

Антикварное издание Сочинения Ивана Кушнерева в 3 томах г. Антикварная книга в восстановленном владельческом переплете. Представляет собой сочинения Кушнерева И. Прижизненное издание Ивана Николаевича Кушнерева, на титульном листе - один из последних автографов известного русского писателя и издателя автограф датирован 2 октября г. Типо-литография товарищества Кушнерев И. Верхняя крышка переплета в удовлетворительном состоянии. С портретом и факсимиле автора. Издание второе, дополненное очерками и рассказами, написанными после выхода в свет первого издания.

Антикварное издание История русской словесности, тт. Комплект из двух антикварных книг в новодельных переплетах. Кожаный корешок, обложка из мармарированной бумаги. Встречаются отдельные "лисьи" пятна, в остальном сохранность книг коллекционная. Книга неоднократно переиздавалась при жизни автора и после.

В нашей коллекции - девятое издание первой части - "Древний период. Устная народная и книжная словесность до Петра I", и шестое издание первого отдела второй части - "Новый период. От Петра до Екатерины II". Комплект из старинных книг станет замечательным подарком для любого преподавателя русского языка и литературы.

Типо-литография Императорского Университета Казань Язык: Антикварное издание Полное собрание сочинений Фета А. Комплект из трех антикварных книг в цельных переплетах эпохи полное собрание стихотворений Фета А. Золотое тиснение по корешку и обложке. Инициалы предыдущего владельца вытеснены на нижних уголках. Срез страниц украшен мраморной сеткой. С тонкими зелеными ляссе и портретами писателя в каждом томе, а также факсимиле стихотворения "Есть ночи зимней блеск и сила Издание из личной библиотеки Екатерины Климовой.

Никольский, Основные элементы лирики Фета. Антикварное издание Русская литература в ее современных представителях. Иван Сергеевич Тургенев г. Антикварная книга во владельческом полукожаном переплете мастерской Лосева К. Две части в одном томе: Потертости, "лисьи" пятна, владельческие пометы карандашом.

Первое крупное исследование Семена Афанасьевича Венгерова, одна из самых ранних его работ. Выдающийся человек в своей жизни являет жизнь целого общества и мы следовательно по нем можем себе составить весьма удовлетворительное понятие о целой эпохе.

Вот отчего биографии нам служат теперь более чем когда-нибудь прекрасным подспорьем для составления картины известного круга людей". Антикварное издание Чудеса древней страны пирамид. Географические, исторические и бытовые картины Древнего Египта в период его процветания и упадка г.

Оппель Карл Антикварная книга в полукожаном переплете эпохи, содержащая обе части известнейшего сочинения доктора Карла Оппеля, посвященного Египту. С рисунками, помещенными в тексте, 8-ю литографическими и 2-я хроматическими картинами, картою долины Пиом и планом с птичьего полета египетских памятников в Нильской долине.

Выдержала четыре издания на русском языке только в XIX веке. Переплет отходит от блока. На титульном листе экслибрис Владимира Саркисова. Антикварное издание Срочное и почтовое пароходство в России и заграницею г. Антикварная книга в издательской шрифтовой обложке. Часть первая и единственная. Реставрация, утрата фрагментов корешка. Типография товарищества "Общественная польза" Санкт-Петербург Язык: Антикварное издание История христианской православной церкви г.

Антикварная книга во владельческом переплете с кожаным бинтовым корешком с золотым тиснением. На страницах издания имеются владельческие пометы карандашом. Сохранность антикварной книги хорошая. Прижизненное издание автора - протоиерея Александра Павловича Рудакова гг. Отпечатана в типографии В. Безобразова существовала в годах. Антикварное издание Натурализм в театре. Эмиль Золя [с автографом автора] г.

Эмиль Золя Антикварная книга во владельческом полукожаном переплете эпохи. Золотое тиснение по бинтовому корешку. На корешке суперэкслибрис "А. Потертости переплета, небольшие надрывы корешка. На переднем форзаце штамп букинистического магазина, пометы на авантитуле и титульном листе, утрата фрагмента авантитула. Карандашные пометы в тексте, "лисьи" пятна в начале блока.

На авантитуле старинной книги - автограф Эмиля Золя, но сохранилась только его подпись, адресат был удален владельцем вместе с частью авантитула. Полный перевод на русский язык увидел свет спустя двадцать лет с составе многотомного собрания сочинений Золя Киев, год, т.

Charpentier Editeur Париж Язык: Антикварное издание Исторический сборник Вольной русской типографии в Лондоне г. Антикварная книга во владельческом переплете, под которым сохранена оригинальная обложка издания. Антикварное издание Traduction de Salluste, сборник произведений Салюстия г. Салюстий Гай Крисп Антикварная книга в кожаном издательском переплете, золотое тиснение на корешке, ляссе.

Chez Lottin aine Onfroy Париж Язык: Антикварное издание Полное собрание сочинений Гоголя Н. Комплект из девяти антикварных книг во владельческих коленкоровых переплетах. Представляет собой е полное собрание сочинений Гоголя Н. В комплекте не хватает 7-го тома, а также дополнительных го и го. Обложка выполнена из мармарированной бумаги. На титульных листах экслибрис Сергея Павловича Макашина.

Есть несколько выпадающих страниц. Приложения к комедии "Ревизор" [и др. Похождения Чичикова или Мертвые души. Приложение к 1-му т. О современнике [и др. Антикварное издание Басни Крылова И. Антикварная книга увеличенного формата в издательской обложке, с биографией автора, написанной Плетневым П. Рисунки выполнены академиком Трутовским К. Книга представляет собой довольно редкое 8-е полное издание большого формата, отпечатанное в санкт-петербургской типографии Гогенфельда, приуроченное к летию со дня смерти поэта.

Типография Гогенфельда Санкт-Петербург Язык: Антикварное издание Об источниках и формах русского баснословия, выпуск 1 г. Утрата авантитула и форзаца 1-б. Титульный лист подрезан по верхнему полю. В старинной книге, изданной после ранней смерти автора, на основании его рукописей излагаются методы мифологии. Приводятся исследования представителей разных школ - исторической Евгемера , символической Крейцера, Мюллера , символико-лингвистической Гримм.

Далее автор выявляет источники русского мифа и разоблачение его смысла. Труд Дмитрия Михайловича Щепкина не получил должной научной обработки. Антикварное издание Полное собрание сочинений Островского А.

Комплект из двенадцати антикварных книг в издательских переплетах. Черное и золотое тиснение по корешку и переплету. Мраморная сетка по срезу страниц. В каждом томе присутствует ляссе, а также по одному черно-белому снимку - с изображением самого Островского, его дома, известных актеров, исполнивших роли в его пьесах и знаменитое общее портретное фото с Толстым, Григоровичем, Гончаровым, Тургеневыми, Дружининым.

В 4-й том вложено факсимиле заключительной сцены пьесы "Не все коту масленица". В тома 11 и 12 помещены произведения, написанные Островским совместно с Соловьевым Н.

Под редакцией и с предисловием Писарева М. Первый том полного собрания сочинений С. С портретом, факсимиле и биографическим очерком. В первый том собрания сочинений года всего тома было два, выходили они в восьми книгах вошли все поэтические произведения поэта. Антикварная книга в цельнокожаном владельческом переплете эпохи с золотым тиснением на корешке. Представляет собой первый том из первого собрания сочинений Альбова М.

Ада Негри г. Негри Ада Антикварная книга небольшого формата с имитацией мармарированного рисунка. Пятна и загрязнения на титульном листе. Перевод с итальянского на русский выполнен Федоровой А. В настоящем старинном издании представлены два первых сборника стихотворений знаменитой итальянской писательницы - "Рок" и "Бури".

Антикварное издание Десять чтений по литературе г. Антикварная книга во владельческом переплете эпохи. Коленкоровый корешок, обложка выполнена из мармарированной бумаги. С черно-белыми иллюстрациями в тексте. Синяя печать, пометы ручкой на нахзаце. Старинная книга представляет собой очерков по истории литературы для учащихся средних общеобразовательных учебных заведений. При этом разброс по темам велик: Точный список вошедших в сборник очерков: Белинский", "Петрушка", "Сервантес", "Дефо".

Типография товарищества Мамонтова А. Антикварное издание Шедевры русской живописи г. Данный альбом содержит более репродукций и дает уникальную возможность проследить весь путь развития русского искусства.

Это одно из наиболее полных и красочных изданий отечественной живописи. Значительное место в подарочной книге занимают биографии художников. Одновременно читатель познакомится с этапами и художественными направлениями русского искусства. Антикварное издание Илья Глазунов г. Альбом "Илья Глазунов" представляет собой уникальное собрание произведений живописи и графики величайшего художника современности.

Творчество и общественная деятельность Глазунова И. Работы художника находятся в крупнейших музеях России, таких как Государственная Третьяковская галерея, Государственный Русский музей, Государственный центральный музей современной истории России и многих других.

Антикварное издание Великая Россия. Россия державная г. В издании представлено описание обряда Священного коронования русских монархов от великих князей до императоров, государственных регалий, состава, чинов и званий российского дворянства, а также структура и история высших государственных учреждений Российской империи.

Государственное устройство, учреждения, атрибуты и церемонии власти, лестница чинов и званий - все это зримые формы некой духовной силы, которая никем не понята а может быть, ее понимание недоступно нам, как недоступно многое другое из первопричин и первооснов , но именно благодаря этой силе люди живут не беспорядочным или, по воле человеческого разума, упорядоченным скоплением, а теми сообществами, организмами, которые принято называть государствами, державами.

Эти слова - держава, государство - как будто сами раскрывают свою суть, суть того, что они обозначают. В их корне - сила, власть, владение в значении "управление". Антикварное издание Полное собрание сочинений Тургенева И. Антикварная книга в твердом издательском коленкоровом переплете.

Золотое тиснение на обложке и корешке. Различные пятна на страницах. Потертость обложки и корешка. Том 10 содержит мелкие сочинения Тургенева: Литературные и житейские воспоминания. Содержание и объем томов те же, что в издании года, кроме тома го, в котором прибавлена одна статья в разделе "Критические статьи и речи". Объем этого тома изменился: Полный комплект из 10 томов в советских букинистических магазинах оценивался: Типография Глазунова Санкт-Петербург Язык: Антикварное издание Слово, литературный сборник, выпуск IV г.

Кожаный корешок немного надорван сверху. Отсутствует половина переднего форзаца. Несколько печатей библиотеки Саратовского коммерческого собрания. С по год вышло всего 8 таких выпусков. В четвертый вошли следующие произведения: Бунин "Весенний вечер", Б. Зайцев "Мать и Катя", А. Толстой "Четыре века", Г. Яблочков "В плену", К. Тренев "Мокрая балка", И. Сургучев "Песни о любви", В. Книгоиздательство писателей в Москве Москва Язык: Антикварное издание Пасха г.

Букинистическая книга в твердом новодельном владельческом переплете. Отпечатана в году в московской типографии "Красный Пролетарий" издательством "Красная Новь". Антикварное издание Древний Псков г. Букинистическая книга в картонном издательском переплете. Края обложки слегка потрепаны. Небольшая помета чернилами на титульном листе. С черно-белыми фотографиями в тексте. Книга Васильева и Янсона явно понравится всем псковитянам: В конце старинной книги имеется небольшой справочник для туриста.

Типография Облфинотдела Ленинград Язык: Антикварное издание Новые романы, повести, рассказы и стихотворения. Журнал, август г. Антикварная книга в восстановленном новодельном переплете.

Кожаный корешок, обложка выполнена из мармарированной бумаги. На титульном листе погашенные синие печати и владельческие надписи. Журнал "Новые романы, повести, рассказы и стихотворения" выходил в качестве литературного приложения к журналу "Живописное обозрение". Содержание выпуска за август года: Северцова, "Тягостное обязательство" - роман Г.

Вандерема перевод с французского Л. Сароченковой , рубрики "в области сельского хозяйства", "научные новости" и "смесь". Главная контора журнала "Живописное обозрение" Санкт-Петербург Язык: Антикварное издание Классификация книг, ее история и методы г.

Букинистическое издание "Классификация книг, ее история и методы в связи с классификацией наук вообще". Издано силами Литературно-издательской секции при книжном складе Губернского народного образования Иваново-Вознесенска в году.

В издательской бумажной шрифтовой обложке. Надрывы листов и корешка. Утрата небольшого фрагмента переднего листа. Печатные листы не разрезаны. Труд рассматривает системы философской и библиографической классификации: В настоящем издании впервые собраны не известные исследователям документы архивов за годы о медалях и жетонах на коронацию российских государей: Подарочная книга содержит уникальные сведения об учреждении, процессе изготовления коронационных медалей и жетонов, металле, размере, стоимости и количестве изготовленных экземпляров, авторах рисунков и медальерах, лентах, на которых носили медали, представляет списки пожалованных.

Антикварное издание Музей изящных искусств. Египет, Вавилон, Греция, Рим г. Букинистическое издание уменьшенного формата в мягкой издательской обложке со множеством черно-белых иллюстраций. Это уже е издание путеводителя по музею, посвященного Древнему Миру. Чуть надорван переплет книги, на обложке небольшие следы залития. Типография товарищества Левенсона А. Антикварное издание Юбилейная литература о декабристах.

Библиографический указатель г. Небольшая букинистическая книга в мягкой обложке. Под редакцией Пиксанова Н. Представляет собой библиографический перечень всей литературы о декабристах, изданной в юбилейный, й год. Старинная книга из личной библиотеки Анатолия Шикмана. Издательство коммунистической академии Москва Язык: Антикварное издание Люди, события, даты. Всемирная история г. Одновременно это и удобный в использовании справочник, в котором сможет легко ориентироваться даже ребенок: В книге более тематических эссе, подробно описывающих яркие и значимые события и явления.

Около общих статей содержат самые необходимые сведения об исторических личностях и феноменах. Partenaires Fabrication Франция Язык: Антикварное издание Господин де Фокас. Monsieur de Phocas г. Лоррен Жан Антикварная книга с кожаным корешком, края обложки слегка потерты. На заднем форзаце фиолетовая печать. Состояние книжного блока очень хорошее. Старинное издание представляет собой самое известное произведение французского романиста, "Monsieur de Phocas" был прозван современниками декадентским романом.

Антикварное издание Колосс Родосский. Le Colosse de Rhodes г. Бертрой Жанна Антикварная книга в твердом издательском переплете. Золотое тиснение по корешку. На заднем форзаце - синяя библиотечная печать. Сохранность книжного блока практически идеальная. Антикварное издание Олений парк. Le parc aux biches, ч. Хавьер де Монтепян Антикварная книга небольшого формата в полукожаном переплете, кожаный корешок с бинтами.

Обложка обклеена мармарированной бумагой, срез страниц покрыт мраморным рисунком. За исключением небольших потертостей корешка, состояние книги идеальное. Прижизненное издание известного французского писателя. Книга представляет собой третью часть романа "Олений парк" "Le parc aux biches".

Paetz, Libraire-Editeur Париж Язык: Антикварное издание Новый Монте-Кристо. Le nouveau Monte-Cristo г. Антикварная книга небольшого формата. Старинная книга напечатана на бумаге высокого качества, книжный блок в коллекционном состоянии. На заднем форзаце две небольшие синие печати. Антикварное издание Griechischer Liederschatz in deutscher Nachdichtung г. Дюрр Фридрих Антикварная книга карманного формата в красном издательском переплете с золотым тиснением на обложке и корешке.

Имеются потертости, карандашные пометы, небольшие следы залития. Антикварное издание Земная жизнь Спасителя. Сборник статей г. Антикварная книга в твердом новодельном издательском переплете. Титульный лист незначительно поврежден. Составлен священником Петром Орловым.

Второе издание журнала "Воскресный день". Типография товарищества Сытина И. Антикварное издание Привет из столицы. Мария Чапкина г. Я Подарочная книга в идеальном состоянии. Альбом "Привет из Столицы! Русская поздравительная открытка годов" и охватывает период с по год.

В альбоме помещены более поздравительных открыток, отражающих все этапы истории нашей страны и посвященных знаменательным событиям и праздничным датам. Тематическое сводное издание подобного рода не имеет аналогов и публикуется впервые. Вступительная статья рассказывает об истории советской поздравительной открытки.

Все опубликованные открытки аннотированы. Имеются указатели издательств, праздников и художников. Альбом адресован широкому кругу читателей. Антикварное издание Москва сквозь столетия г. Издание "Москва сквозь столетия" посвящено истории великого города. Строго выверенный и богато иллюстрированный материал от самых далеких времен до начала третьего тысячелетия подан в хронологическом порядке и скреплен прекрасным оформлением. Ни один историк, мыслитель или политический деятель X-XII столетий не догадывался о том, что Боровицкий холм будет организующим ядром стольного града, а тот станет созидающей силой великой империи, крупнейшей в пространстве и во времени за тысячелетия мировой истории.

Антикварное издание Сочинения Грибоедова А. Букинистическая книга в издательском коленкоровом переплете.

Надписи золотым тиснением на корешке и передней обложке. Книга с портретом автора на авантитуле и факсимиле стр. Подготовка текста, предисловие и комментарии Орлова В. В данном издании собраны подавляющее большинство работ Александра Сергеевича Грибоедова: В книге представлены страница альманаха "Русская Талия" г. Антикварная книга в цельном тканевом переплете.

Отсутствует авантитул и титульный лист, три последние страницы, включая оглавление, серьезно повреждены. В остальном же книжный блок в хорошей сохранности. Старинная книга представляет собой 6-й том из полного собрания сочинений Ивана Сергеевича Тургенева. Повести - Два приятеля; Затишье. Антикварное издание Коллекции государстенного музея Пушкина А.

Альбом раскрывает перед всю полноту коллекций Государственного музея Пушкина А. Предлагаемое издание познакомит вас с художественной культурой пушкинской эпохи, с ценнейшими предметами Государственного музея Пушкина.

Антикварное издание Ягодный сад. Культура ягодных растений - крыжовника, смородины, малины. Антикварная книга в мягкой издательской обложке, представляющая собой краткое руководство для сельских хозяев, садоводов и любителей.

Состояние старинной книги хорошее, обложка загрязнена, небольшие утраты корешка и потертости. На обложке владельческая подпись "А. Антикварное издание Владимир Соловьев. Букинистическая книга в издательской мягкой обложке. Под редакцией и с предисловием Соловьева С. Издание седьмое, дополненное шуточными стихотворениями, с вариантами, библиографическими примечаниями, биографией и портретом автора. Представляет собой сборник оригинальных сочинений Владимира Соловьева.

Помимо философской и пейзажной лирики поэта в настоящее издание вошли собранные воедино шуточные стихотворения и пьесы, отличающиеся тонкой иронией. Книга также включает переводы из Гейне, Шиллера, Петрарки, Гафиза. Типография Иванова при О. Антикварное издание Город и деревня в русской истории. Краткий очерк экономической истории России г. Антикварная книга в твердом владельческом переплете эпохи.

Представляет собой обзор экономической истории России. Состояние старинной книги хорошее, на титульном листе и его оборотной стороне штамп "инвентарь 37". Антикварное издание Vieilles maisons, vieux papiers г. Жорж Ленотре Антикварная книга в коленкоровом переплете, со следами самостоятельной реставрации. Фронтиспис с изображением французского политика и революционера Жозефа ле Бона.

Черно-белые иллюстрации в книги напечатаны на отдельных вставках из атласной бумаги. Есть несколько помет карандашом в тексте. На заднем форзаце небольшие синие печати. Небольшие истории, зарисовки из жизни, входящие в каждый том, объединены темой французской революции.

Librairie Academique Париж Язык: История коронаций г. Подарочная книга в коллекционном состоянии посвящена коронационным церемониям, сопровождавшим вступление на престол русских государей.

Подробное описание коронационных торжеств дополнено биографиями правителей Российской державы. Автор книги - историк, известный специалист в области геральдики и генеалогии Думин С. Увлекательный рассказ дополняют более пятисот иллюстраций, в числе которых уникальные гравюры из коронационных книг XVIII-XIX столетий, миниатюры из летописей, живописные портреты, фотографии коронационных регалий и многое другое.

Антикварное издание Вестник Европы, год одиннадцатый, июль г. Коленкоровая немая обложка значительно потерта. Кожаный бинтовый корешок с золотым тиснением, суперэкслибрис. Приложение и библиографический листок другого цвета с пятнами, у приложения отсутствует фрагмент листка. Страницы целы, присутствуют пятна. Вестник Европы - г. Сперанский и его реформы в Сибири: Очерк вопроса о происхождении видов: Религиозные преступления, [и др.

Восточный вопрос и европейская война, [и др. Библиография в примечаниях отдельных статей. Антикварное издание Вестник Европы, год десятый, август г. Приложение и библиографический листок другого цвета с пятнами. Страницы целы, также присутствуют пятна. Англия и ее виды на Россию в XVI веке: Ходырев и подсевший к нему, вероятно, самый храбрый или просто отчаянно-порядочный заместитель дико озирались.

При этом они уверяли, что всякое начало должно иметь скорое продолжение, иначе никто не заметит самого начала.

Их всех мучала жажда силою новых законов сразу сделать народ счастливым. Затем вырвался на трибуну Валера Добриков, которого я знал много лет как неплохого парня.

Он был смел, дерзок, неопрятен в помыслах и любил играть с опасностью, что могло привести к естественному финалу.

Смысл его выступления сводился только к стремлению быть замеченным. Это лишний раз убеждало: Тридцатисемилетний очный аспирант Саша Беляев, избранный после Собчака председателем Ленсовета, как-то спокойно выступил и, в отличие от многих, без истерики дал всем понять: При этом Саша всем намекал на необходимость повышения собственного достоинства обязательно прямо пропорционально увеличению личной собственности.

Лишь тогда, по мнению Беляева, можно будет победить силу. О какой и чьей силе шла речь, я не понял. Вообще-то, в самом Беляеве просматривалась какая-то скрытая гипнотическая сила, замешанная на зачатках сумасшедшей мании величия.

Выступая, он делал слишком длинные паузы, будучи уверен, что многоголовая аудитория безголовых чего-то хочет от него услышать. Но большинство собравшихся отрицало все, включая Президента. В этой компании плебеем считался любой, кто признавал, что есть патриции. А врагом объявлялся каждый пользующийся закрытым буфетом. Наличие же общих врагов, как показал дальнейший опыт, сразу объединяло все депутатские фракции и группировки, а отсутствие противника сеяло между ними раздоры с неприязнью.

Без него им невыносимо жить. К самому концу огласили призывы создавать кроме комиссий всяческие движения и печатные органы. Рекомендовалось также разрушать и искажать все, что может быть разрушено и искажено. Разные глупости тут же передавались по телевидению со скоростью света.

Возглавил комиссию, по-моему, депутат Гапанович Гапанович - это фамилия. Я сознаю свое ничтожество, но и мне ясно, что ты, похоже, тяжело заболела. Или у тебя шизофрения, раз ты хочешь свой народ пустить по миру? Ведь изменение образа его жизни - это, как замена религии, возможно лишь насилием. Мирный же путь исключен. Дальнейшее существование всего, что удалось создать за 70 с лишним советских лет, сохранить и приумножить было поставлено сегодня под угрозу и сомнение.

Похоже, ты проиграла в умной борьбе с другими странами за обладание душой собственного народа. Чем я могу помочь тебе? Когда мне пришлось поделиться с Собчаком впечатлениями об этом слете и слетевшихся на него, он, к моему удивлению, долго и странно удовлетворенно смеялся. В последнее время Собчак почти безвылазно находился в Москве, гарцуя на заседаниях Верховного Совета, но главное - пробивая себе квартиру, при этом ссылаясь на то, что жить в гостинице вместе с постоянно пьяными коллегами-депутатами он, малопьющий, не в состоянии.

Еще никто не обращал пристального внимания на изменившиеся повадки Горбачева, который вдруг перестал интересоваться ходом строительства своей летней резиденции на берегу живописной бухты в абхазской Пицунде. С окончанием этой стройки он все время лично торопил, и вдруг Уже и Раиса Максимовна перестала выезжать для демонстрации своего шубного гардероба перед изумленно-восторженными обитателями нашей глубинки, еще сбегавшимися на этот праздник моды.

Эта чета, одна из немногих в Москве, была прекрасно осведомлена о скором наступлении развязки в этой, поставленной западными режиссерами, национально-государственной трагедии, где в качестве сцены использовали территорию нашей, тогда еще огромной страны с ее трехсотмиллионным населением.

Горбачев и его малочисленная группа, в простонародии названная шайкой, обеспечила полный аншлаг, а доход от этого геополитического спектакля уже осел на личных счетах, открытых в зарубежных банках.

То было время, когда еще никто не сомневался в незыблемости нашей врожденной уверенности в своем завтрашнем дне, будущем своих детей и своей страны. Еще никто не настаивал на переименовании наших городов. И никому в голову не могла прийти мысль смиренно пережить скачок стоимости спичек в сотни раз, как и всего остального прочего.

Еще никто не подозревал о существовании гениального плана, добротно сработанного на суперкомпьютерах Запада, по мгновенному и окончательному разгрому СССР с помощью имитации государственного переворота. Гениальность этого плана заключалась в том, что одновременно с уничтожением без единого выстрела огромного государства как мировой единицы в целом, внутри него одним махом полностью ликвидировалась оппозиция.

Попутно подымался дух народа. Укреплялось собственное положение победителей, и остатки страны с разных сторон поджигались разноцветными огнями межнациональных конфликтов. Нужна была драка на сцене, но не в зале. А для этого необходимо было ювелирно подобрать время, совместив его с периодом традиционных отпусков и невозможностью быстрого сбора союзного парламента.

Но тогда еще никто не знал, что это будет именно август го. А победителей, к сожалению, не судят. Тогда коммунисты еще только готовились к своему последнему съезду, и никто из них не подозревал, что он будет завершающим, а потому аккордным. Когда же я посоветовал Золкину выступить на съезде с предложением вообще исключить Горбачева из партии, он взглянул на меня уставшими глазами психиатра, уже закончившего прием больных.

Весь нейтральный мир поглядывал на нас с еще тщательно скрываемым гастрономическим интересом, и никто не пытался требовать пересмотра итогов минувшей войны или тихой сапой, по живому, отхватить от туши раненого гиганта какие-нибудь острова на Востоке, горы на юге либо обширные территории на Западе, где братские могилы наших русских солдат преобладают на кладбищах аборигенов.

Радость новизны телепарламентских шоу овладела массами. Для оживления этого образа и взлета своей политической карьеры он в качестве донорской использовал кровь, пролитую в Тбилиси в апреле го. Когда же там позднее потекут кровавые реки, это уже вообще никого не будет интересовать. Все остальное, включая космическую отрасль, чем так всегда гордились, придет в неимоверный упадок.

Слова Собчака растают в воздухе, а его обещания уйдут в песок. Из обрывочных разговоров той поры я понял, что в своих мечтах ленинградский профессор в случае перебазировки в Москву видит себя в одном из трех кресел: Правда, в последнее кресло его почему-то не очень тянуло. Для Минюста же тогдашнему спикеру парламента А. Лукьянову приглянулся Сергей Лущиков - с хорошими озорными глазами, не заносчивый, по-человечески простой юрист из глубинных недр России.

Что касалось парламентского кресла, то и тут что-то застопорилось, после чего Собчак потерял всякий интерес не только к самому Верховному Совету, но и сохранению СССР в целом.

Надо отдать должное Собчаку, он довольно быстро разобрался в иерархическом строении столичного айсберга и все внимание переключил на изучение его подводной части, активно собирая компроматы относительно всех лиц из высшего эшелона власти.

В дальнейшем, при случае, довольно ловко интригуя и шантажируя всех. Если ему удавалось отколоть существенный кусок от подводной части, то он тут же давал об этом знать всем заинтересованным лицам. Его направленных персонально выступлений на Верховном Совете стали побаиваться.

Сама борьба под кремлевскими коврами сильно увлекала Собчака. К примеру, Рыжков, по известным только ему причинам, связываться с Собчаком не желал и шел просьбам последнего почти всегда навстречу, чем мы неоднократно пользовались в начале нашей работы в Ленсовете. Жена Собчака, тогда еще не потерявшая интереса к работе в своем институте Культуры, навещала его в Москве относительно редко, экономно используя для наездов, как правило, только выходные дни.

При этом постоянно сокрушаясь вынужденным огорчительно-расточительным расходам на поездные билеты. Поэтому вечерами он в одиночку мотался по разным иностранным представительствам и частным квартирам, знакомясь на всякий случай со всеми подряд без разбора, этим составляя бесконечный сериал хаотичных связей, которые невозможно было систематизировать даже ему самому. В Ленсовете усиленными темпами шла примерка должностей и кабинетов, но желающих их занять оказалось намного больше.

Поэтому тут же завязывалась борьба, обострение которой зависело, главным образом, не так от самой должности, как от красоты и благоустроенности присовокупляемого к ней кабинета. Ходырев на работу уже не ходил. Город, как большой корабль, даже потерявший управление, еще долго мог, не рыская, идти инерционным курсом. В коридорах Ленсовета царила восторженная суета, было необыкновенно весело, как в староиндийских фильмах, когда случайно заблудившиеся в джунглях бродяги вдруг натыкались на заброшенный дворец, полный сокровищ.

Приняв находки за свое счастье, они не понимали, что главное для них - поиск дороги к людям, которую смогут одолеть лишь идущие, не отягощенные прихваченным чужим золотом. Пройдет немного времени, и политический стриптиз охватит почти всех. Появятся даже свои солисты. Поэтому на валяющееся повсюду политтряпье уже переодевшихся никто не станет обращать внимания.

Старых привилегий новой власти попросту не хватало. Удивляться тут было нечему. Разбившись по никому не ведомым признакам на комиссии, народные депутаты для краткости - нардепы тут же стали делить ранее неделимое.

Я имею ввиду не только право пользоваться автотранспортом, но и всякие денежные фонды, дачи, резиденции, подведомственные организации, сувениры и, конечно же, поездки за границу. Обычно не важно куда и даже безразлично в каком качестве, но почему-то обязательно в стоптанных кроссовках.

Справедливости ради можно отметить: Просто никто не знал, как это делается. Никто ничем путным не занимался. Да в такой толчее это было попросту невозможно. Как и в любой стае, тут нужен был вожак. В своей среде, подстрекаемой к его рождению, он вылупиться, как оказалось, не мог. Такая кандидатура должна была удовлетворить вкусы основных депутатских формирований-фракций, взаимная неприязнь которых не только космополитическая, но какая-то патологическая, уже была очевидна.

Однако непримиримая междусобойная вражда самих лидеров исключала депутатский альянс в совместной атаке, и поэтому становилось маловероятным избрание вожаком представителя одной из их фракций. Во всех этих историях с отбором и избранием на разные должности было много просто нелепого. Все занимались не поиском достойных и способных, а взаимной борьбой против выдвиженцев отдельных депутатских кланов, особенно если речь шла о занятии ключевых постов, в коих, надо отдать нардепам должное, они быстро разобрались.

Отсюда, каждый протаскиваемый кандидат был, как правило, без учета его личных данных, продуктом взаимных уступок депутатских стай, каждая из которых считала именно свои клыки священными.

Пошли бесконечные компромиссы, разумеется, в ущерб делу, во главу которого кого-нибудь избирали. Кандидаты образованные, умные, опытные, смелые имели, безусловно, ярко выраженную собственную точку зрения. Что при голосовании, бесспорно, не могло понравиться представителям разных лагерей.

Это явилось одной из многих причин последующих катаклизмов во всех властных структурах. При этом они были вооружены болезненной самоуверенностью в способности справиться с любым, абсолютно незнакомым им делом, на освоение которого даже у более достойных уходят многие годы жизни. В основной массе они оказались людьми, выхваченными судьбой из толпы, планида которых, неожиданно для них самих, резко и круто взмыла ввысь, реализуя честолюбие только за счет бешеной активности, но при полном отсутствии прочего необходимого.

Мне еще тогда было не ясно, какие высокие цели могут быть достигнуты людьми, невежество которых вполне очевидно. Да и как можно было ставить перед ними эти цели? Все они сильно смахивали на ворвавшихся в оркестровую яму зрителей, которые прогнали музыкантов, расхватали инструменты, но дальше критики сбежавших исполнителей дело пойти не могло, ибо каждый впервые в жизни держал инструмент в руках.

Поэтому задуманный и объявленный концерт состояться не мог даже при огромном желании его исполнить. Тут и дирижер будет ни при чем, а тем более зрители, собравшиеся послушать музыку. Сейчас ко многим другим голосам русских людей, мечущихся в жуткой, предсмертной тревоге за Родину, я присоединяю свой и поэтому пишу, пока еще не все вместе с жизнью занесено песком забвения, стерто, размыто и обезличено надвигающимся туманом памяти. Хочется успеть рассказать об этом, в понимании огромного большинства, смутном времени.

Когда еще только начинался обвал власти, повлекший за собой развал всей нашей жизни. И когда из неограниченного числа путей развития России история избрала самый невероятный - гибель социализма и сталкивание народа в пропасть. То была начальная пора, когда нью-нардепы неожиданно, но сразу пришли к потрясающему выводу: После этой упоительной идеи нардепы тут же объявили войну с всенародным прошлым и борьбу с невидимым будущим.

Сейчас нередко читаешь или слушаешь о разных тогдашних достижениях нашего городского Совета. Я думаю, мы доживем и до того позорного времени, когда с флагштоков не только официальных зданий, но и наших военных кораблей спустят непобежденный в многочисленных боях с врагом советский флаг и заменят его каким-нибудь другим.

Это на военно-морском языке будет свидетельствовать о полном поражении. Подобная операция в мировой практике проводится только в случае захвата корабля врагом и пленения всего экипажа. Не могу без душевной боли представить себе в тот момент глаза флотских ветеранов, доказавших своей кровью и памятью погибших в боях за Родину товарищей, что родной флаг дороже жизней экипажа и корабля.

Без такого понятия о Чести знамени не могло быть побед над врагом. Ведь стоимость унижения флага деньгами не окупается. Так, по крупицам, мы теряем себя и будущее своих детей, хотя прекрасно сознаем: Без них будущее пишется вилами по воде.

Когда Собчак по приезде в Ленинград сообщил, что группа городских депутатов нашла его и уговаривала стать предводителем Ленсовета, я вовсе не удивился. К этому времени его звезда на центральном московском небосклоне уже прошла свой апогей и закатилась. Похоже, Собчака там разглядели невооруженным глазом, несмотря на первоначальную аккуратность политических перелицовок, которые впоследствии он исполнял уже без счета и оглядки.

В Москве Собчак стяжал себе славу автора стилистических выходок, нескромных и рискованных по смыслу, а порой мерзких по содержанию, но привлекавших внимание своей художественной образностью во время его выступлений в Верховном Совете СССР.

Главным его оружием стало ошеломить слушателей лихой эскападой, порой заимствуя приемы из блатного жаргона. Московские слушатели понемногу стали уже изнемогать от пустых словопрений поглощенного страстной игрой амбиций Собчака, поэтому сломать систему и вырваться вперед с большим отрывом на московском номенклатурном полигоне ему стало невозможно.

Единомышленников в столице, бескорыстной помощью которых он мог бы располагать, у него практически не было. Все, кого он вовлекал в свою орбиту или пытался это сделать, на поверку не уступали ему в пустозвонстве, поэтому, тщательно все взвесив, Собчак дал согласие на использование своей персоны в Ленинграде.

Оценивая по фракционным признакам делегацию, посетившую Собчака, стало ясно: Кандидатура Собчака, как они посчитали, была не из худших. В своих предположениях я не ошибся. Навстречу Собчаку из политических джунглей вышел его коллега по Верховному Совету Союза, бывший военмор, а на пенсии магазинный грузчик Александр Щелканов.

Это были абсолютно разные люди, чем и объяснялась в дальнейшем их непримиримая, обоюдоострая вражда. Их путь на городской Олимп был также различен. Собчаку, чтобы занять пост главы Совета, нужно было предварительно получить мандат городского депутата, а Щелканову для того, чтобы стать мэром, по новому закону этого не требовалось.

Мэра избирали сами депутаты на любой из своих сессий. В дальнейшем их борцовский дуэт принесет городу много вреда главным образом тем, что на бесцельные схватки этих лидеров будет угроблено драгоценное и уже ничем не восполнимое время.

А пока депутаты стали быстро готовиться к выборам Собчака в городской Совет по свободному му избирательному округу, который находился как раз в том районе, где он жил. Они действовали настолько активно и разумно, что мне по просьбе Собчака оставалось только наблюдать, не вмешиваясь и не поправляя. Энтузиазм избирателей к описываемому времени уже заметно осел, как утренний туман, и стали проступать тревожные очертания грядущих бедствий.

Этому способствовали постоянные телерепортажи без купюр со всяких сессий и депутатских сборищ. Правда, народ пока еще без ужаса смотрел на своих избранников. Надежды не успели угаснуть.

До злобного презрения было еще далеко. Наступало апатичное время освобождения людей от любви и ненависти. Общество на длительный период погружалось в равнодушие, поэтому нужно было торопиться, чтобы успеть заставить избирателей заодно довериться еще и Собчаку.

К депутатам, организовавшим выборы, Собчак тогда относился как к родным, а В. Скойбеду как-то попытался даже приобнять. День выборов начинался чистым и солнечным, аккуратно помытым утром.

Это было неплохим признаком успеха. Тогдашняя популярность Собчака делала его, бесспорно, недосягаемым для других кандидатов, поэтому проблема виделась не в том, за кого проголосует пришедший к урне избиратель, а в желании людей вообще идти голосовать. К одиннадцати часам вечера сложилась критическая обстановка. Проигрывать было нельзя, это явилось бы для Собчака полным крушением его дальнейшей политической карьеры, что он понимал, безусловно, отчетливее других. Успокоительные слова были не нужны.

Депутаты за него боролись молча и яростно, разбежавшись со списками по близлежащим общежитиям, где кто как мог уговаривал людей на ночь глядя сходить проголосовать. В ход шло все возможное, включая деньги, но платили не за голосование в пользу Собчака, а только за приход на избирательный участок. Мы все были убеждены: Далеко за полночь произошла разрядка.

Впереди была сессия городского Совета, депутатом которого он стремительно стал. Каждая группировка втайне надеялась, что противоборствующая депутатская фракция взять под свой контроль Собчака не сможет, поэтому его выдвижение в председатели Ленсовета было дружно поддержано большинством нардепов.

Кстати, они не ошиблись в своих расчетах. Особенно это касалось тех депутатов, которые организовали его выборы. О своем презрении к ним он неоднократно высказывался, несмотря на мою психотерапию для смягчения его непримиримой агрессивности, сильно вредившей делу. На состоявшейся вскоре сессии по избранию главы Ленсовета не обошлось без курьезов. Там, среди прочих, свою кандидатуру на пост председателя Совета, так сказать, альтернативную Собчаку, выдвинул дрожащим от собственной отваги голосом депутат Аникин - небольшого росточка, с бородой, тронутой декадансом, субтильный, но склонный к округлению форм тела, ведущему с возрастом к полноте.

Слушая и глядя на него, я постоянно ловил себя на мысли, что фамилия Аникин - это псевдоним. Настолько пародийно он походил на героя русского эпоса с аналогичным именем. Вообще же, я обязательно найду время и сделаю сериал литературных портретов тех депутатов, наброски которых у меня имеются с той поры.

Это по-своему незабываемые люди. После гротесковых заверений Аникина в его грядущей полезности каждому, кто не будет против завладения им кресла председателя, на роскошную двухъярусную трибуну колонного зала заседаний Мариинского дворца решительным шагом цапли, узревшей лягушку, поднялся Собчак. Он окинул многоголовую аудиторию взглядом учителя средней школы перед вручением аттестатов зрелости и сделал одну из трех отработанных в Москве улыбок.

Кроме этого, он предложил проект моментального вывода города в зону процветания, сославшись почему-то на опыт слаборазвитых стран, чем перещеголял безумие многих слушателей, сидящих в партере. Судя по внимавшим лицам депутатов, его предвыборное шоу, несмотря на плотную вуаль, воспринялось не так уж плохо.

Собчак, чувствуя это, был горд, напорист и страстен. Обычно, завладев вниманием зала, он сразу начинал просвещать всех, вовсе не жаждущих этого нравоучительного просвещения. От пророчеств Собчак уклонялся, зная, что пророков бьют камнями, но упорно пытался приобщиться к откровениям уже давно побитых и замахивался опровергнуть один целые мировоззрения, намекая о своем обладании истиной вкупе с желанием теперь причастить к ней всех, если они изберут его председателем Ленсовета.

Я сидел на балконе. Правда, в дальнейшем это породило жуткую непоследовательность и чисто случайные политические перелицовки, так как при следующих выступлениях на ранее уже озвученные темы он подзабывал, за что агитировал в прошлый раз, а посему порой испытывал трудности с развитием мысли, не помня о чем говорил накануне. Но разовые выступления Собчак выстреливал с блеском. Вот и сейчас ему аплодировали, а он передыхал с блуждающей улыбочкой, какая бывает у нетрезвого, сильно близорукого человека, к тому же потерявшего очки, который но слабости зрения никого не замечает, но выражает готовность тут же поздороваться за руку с любым его толкнувшим.

Трибуна под Собчаком, как породистая лошадь, излучала свет надежды и уверенность в победе на скачках. После всех этих плоских, но обновленных риторическим напильником штампов, выданных Собчаком за оригинальные идеи, он перешел к злобе дня, сообщив партеру, что наше общество состоит только из хапуг и воров , что наши недра поистрепались, а кадры подразболтались.

Однако если у Ленсовета будет власть, то сразу появятся деньги и всевозможные блага ему внимающим. Свою речь он закончил призывом к несокрушимому единству вокруг кресла избираемого председателя. Затем Собчак развернулся выгодным полуфасом к боковой телекамере и отдался на откуп всей наличной всенародной любви, зная, что, если он сейчас станет главой города, то его имя, пусть хоть непродолжительно, будут произносить с верой и надеждой.

В то время еще никто не догадывался: В коридоре ко мне подскочил хорошо говоривший по-русски молодой репортер греческой газеты, аккредитованной в Москве, которого я встретить тут совсем не ожидал.

Сейчас же посыльный миллионера, догоняя меня, просил посодействовать взять у Собчака интервью, в связи с его возможным избранием главой города, и получить ответ на один вопрос. Репортер поблагодарил меня и был сразу смыт коридорной толчеей, а я отметил про себя странный интерес забалканской газеты. Перед этим событием самолет, на котором он летел, совершил где-то в Испании неудачную посадку. Вероятно, авария самолета все же была. Накануне Собчак при мне обсуждал политические перспективы Ельцина и варианты сотрудничества с ним.

Я не буду уподобляться ни авторам, ни разносчикам сплетен, но если оценка личности и отношение к самому Ельцину, высказанная Собчаком, была искренней, то как он смог в скором времени изменить ее на прямо противоположную, ума не приложу. Через такие пороги без повреждений собственной чести, у кого она, разумеется, есть, не переступают. Надо думать, уж очень было нужно! Этой способности Собчака я до сих пор не устаю удивляться, но не восхищаться.

Если бы Собчак мог тогда заподозрить, что Ельцин станет Президентом, то уверен: Она стояла там вместе с десятилетней дочкой, нервно покусывая губы, шелушащиеся от волнения последних дней.

Вид у нее был растерянно-опущенный. Передо мной была очень скромно одетая, небрежно и неброско причесанная, с каким-то заискивающим взглядом простая женщина. Хотя нетрудно было себе уяснить: Причем такая вычурность супругов очень невыгодно контрастировала с быстро окружившей почти всех бедностью и жуткой действительностью. Ее переживания в ходыревской приемной выглядели настолько искренними, что мне пришлось поделиться своей полной уверенностью относительно результатов голосования, затем вывести их с дочкой на площадь, усадить в машину, после чего вернуться за Собчаком.